– Наккукканим, – неожиданно врубился в ситуацию Флинт. – Пиастрры!
– Правильно говоришь, – согласился я, внимательно следя за крупным голубоватым флектором, который умудрился перебраться на потолок и теперь целеустремленно двигался в нашем направлении. – Так и сделаем… а ну, пошел на хрен, тварь!
Не ожидавший от меня такого наезда моб сделал неловкое движение, сорвался и бесславно шлепнулся в толпу собратьев.
Шипение стало чуточку громче, а вонь – отчетливее.
– Трри палки! Пиастрры!
Когда до окончания действия абилки осталась ровно одна минута, я вынул из хранилища купленные свитки, разорвал их, после чего жадным взором уставился на толпу беснующихся оппонентов.
Для скопившихся внизу гадов в одночасье настал судный день. Сначала по камням расплескалось жаркое пламя, затем над ним сгустился красновато-зеленый туман, вверх поднялись клубы черного дыма и я практически утратил способность что-либо видеть. Вокруг становилось все жарче, перед глазами копились иконки получаемых дебафов, сами глаза слезились от едкой гари, в ушах стоял треск пополам с предсмертными стонами уничтожаемых монстров, рядом отчаянно кашлял Флинт…
– Давайте, мать вашу… кха! Дохните, сволочи, дохните!
Уровни и ранги слизней подразумевали, что для их убийства придется ждать как минимум полторы минуты. Остаток этого времени я провел в тревожном неведении, гадая, сколько врагов все еще сидят в ловушке, а сколько успешно из нее вырвались и теперь зализывают раны в соседних коридорах. Чисто теоретически, учитывая, что некий шанс добраться до меня у противников имелся, они должны были оставаться на месте. Но вот на практике…
– Умерр, – внезапно чихнул попугай. – Пиастрры!
В унисон его торжествующему возгласу мой дневник наконец-то очнулся от спячки, дважды вздрогнул, а потом уверенно и радостно затрясся, сигнализируя о нескончаемом притоке ценного экспириенса.
Судя по всему, спасаться бегством никто из оказавшихся в пещере мобов не захотел.
– Плюс десять… пятнадцать… семнадцать… охренеть… двадцать два… двадцать шесть… едрена вошь, это самый лучший фарм в моей жизни… тридцать три… сорок, мать твою! Сорок один… сорок три…
На отметке в сорок пять левел апов счастье все-таки закончилось – река опыта обмелела и пересохла, вопли флекторов стихли, а под сводами окутанного дымом зала воцарилось шаткое спокойствие, разбавляемое лишь веселым потрескиванием пламени и судорожными вздохами попугая.
Затем случилось то, чего я никак не ожидал – снизу донесся глухой треск, подземелье содрогнулось, а к окружавшему меня смогу добавились плотные облака какой-то лютой отравы.
Видимость сократилась до минимума.
– Что за хрень?
Совсем рядом возникло неясное движение, я пару раз моргнул, вытянул шею, прищурился…
[Флектор-матка. Ранг: реликтовый. Уровень: 5000.]
– Ну ни фига себе…
– Стррах!
Рассмотреть нового противника было практически невозможно, однако до меня буквально сразу же дошло, что он, в отличие от своих более мелких собратьев, имеет все шансы покарать моего героя. Убежать сквозь потолок Фантом не мог, висеть на одном месте, изображая из себя сочный деликатес, было максимально тупо, так что мне пришлось импровизировать – оценив имеющиеся возможности, я активировал «погибель» вместе с «сутью дракона», швырнул в противника «искру», после чего оборвал веревку, свалившись в царство тьмы, дыма и ядовитого тумана.
Флинт испуганно вякнул, мои ноги встретились с чем-то мягким, затем мир крутанулся вокруг своей оси, а я впечатался шлемом в камень и растянулся в позе морской звезды, пытаясь осознать, что делать дальше.
– Удирраем, – раздался мотивирующий попугайский вопль. – Трревогга!
– Знаю, твою мать…
Первая попытка спастись от разгневанного босса закончилась позорным фиаско – метнувшись в сторону выхода, я не рассчитал направление, ударился о стену и шлепнулся на пятую точку, временно утратив связь с реальностью. К счастью, мой враг полагался только на свой яд, а любые потоковые абилки отлично фиксились имевшимися у персонажа сопротивлениями и регенерацией – еще через несколько секунд мне все же удалось доползти до ближайшего тоннеля и убраться из опасной зоны.
– Тревогга, – полузадушенным голосом сообщил Флинт, приземляясь на соседний валун. – Пиастрры!