***
- Кот, ну ты шутишь, верно? - в который раз спрашивала Ингерда.
Она быстро пила обжигающе-горячий шоколад со специями - был ее перерыв.
- Я плохой шутник, - фамильяр с аппетитом ел рыбу, отданную в дар кем-то из пациентов.
- Ну если это не шутка, то тогда я вообще не могу поверить, что ты со мной это обсуждаешь, - проговорила Ингерда и сделала ещё глоток.
Он оказался слишком большим, и шоколад обжег ей рот и горло. Девушка замычала, закрыв глаза и пытаясь справиться с болью.
Баттон, пользуясь случаем, затараторил:
- Это всего лишь праздник осени, каждый год проводится, там куча людей, до тебя дела никому не будет! Мы просто погуляем, да и все. Между прочим, мадам Гри тебя будет ждать, да и Минос придет. Неужели не хочешь повидаться с учителем?
Ингерда, которая искала в сумке заживляющий эликсир, хмыкнула. Затем откупорила пробку, немного выпила, поморщилась и ответила:
- Ага, жажду! Чтоб поблагодарить за то, что бросил меня в месте, которое местные называют сточной медицинской канавой.
- И с фамильяром-котом, - проницательно заметил Баттон.
- Ну, - протянула девушка, - возможно за это я уже не так обижаюсь.
Кот картинно удивился, вытаращив глаза и встопорщив усы. Он упал и прикрыл лапой морду. Ингерда усмехнулась:
- Заканчивай театр, помощничек, у нас ещё парочка пациентов осталась на сегодня.
- Нет-нет, - требовательно проговорил Баттон, - ты чего это? За дурачка держишь? Рассказывай, почему не злишься из-за меня. Оказалось, я не так уж плох?
- Можно сказать и так, - пожала плечами девушка, отставляя в сторону кружку с шоколадом и расправляя одежду.
- Оказалось, я полезен? - продолжал кот.
- Угу.
- Оказалось, я неотразим и умею нравиться людям?
Ингерда только хмыкнула, и пошла открывать дверь, чтоб впустить пациента.
Кот запрыгнул на стол и не унимался:
- А ещё оказалось, что я такой лапочка, что и тебя могу научить ладить с людьми!
- Не перегибай, - покачала головой волшебница и крикнула:
- Следующий! Кто там дальше? Проходите.
Не дожидаясь ответа, она села за стол и сказала Баттону, легонько касаясь его носа указательным пальцем:
- Ладить с людьми меня бы и сам Бог не научил, маленький смешной фамильяр.
- Но я лапочка? - уточнил кот, отпихивая палец волшебницы от своего носа.
Ответить девушка не успела - в комнату буквально ввалился пациент. Высокий молодой мужчина в перепачканной рубахе и фартуке кузнеца. Он был бледен до синевы, и одной рукой держал вторую, обернутую окровавленной тряпкой. Взгляд его был мутным, он ничего не сказал, просто чуть поднял здоровой рукой ту, что была под тряпочкой, будто говоря: вот этим надо заняться. Ингерда нахмурилась, и тут же принялась действовать: поставила стул у стены, усадила на него пациента, чуть толкнула, чтоб он облокотился о спинку. Глянула на фамильяра, и тот понял девушку без слов: вспрыгнул на колени к мужчине и замурчал. Ингерда почувствовала, как от кота мягко исходит магия. Она же принялась готовить зелье - тут нужно было что-то посильнее - необходимо было избавить человека от боли. Обычно тяжёлым пациентам хоть что-то давали врачеватели, которые их доставляли, и Ингерда не держала тяжёлых зелий. Но этот явно шел сам.
Девушка споро и ловко колдовала над колбой, добавляя травы и собственную магию. Она не практиковалась уже несколько месяцев, но сноровка никуда не делась. Да и ситуация подстегнула - времени явно было мало. Ингерда закончила, подскочила к пациенту, и влила ему зелье прямо в рот, не церемонясь. Тот закашлялся, замотал головой, но снадобье проглотил. Его лицо уже чуть порозовело, и дыхание стало глубже - это подействовала магия кота. Волшебница подождала чуть-чуть и кивнула Баттону - можно уходить. Кот послушно спрыгнул на пол, а девушка аккуратно взяла раненую руку и принялась разматывать ткань. Ох... Где-то сбоку вскрикнул кот. И было от чего: ладонь левой руки была раздавлена. Не вся, примерно половина: больше всего пострадали безымянный палец и мизинец. Ингерда глубоко вдохнула и выдохнула: зрелище было очень неприятное, а работа предстоит долгая. Не хватало ещё, чтоб дурно стало. Девушка взяла специальную подставку, кое-как установила ее рядом со стулом, аккуратно опустила покалеченную руку на нее, коротко глянув на мужчину. Тот спал глубоким волшебным сном, немного хмурился, когда волшебница касалась его руки, и краска вновь сбежала с его лица. Ингерда какой-то частью сознания отметила, что внешность у пациента очень приятная, мужественная. Затем она сердито встряхнула головой, гоня от себя лишние мысли, и принялась за работу...
Когда она наконец выпрямилась, разминая шею, на город опустилась ночь. Баттон успел привести других врачевателей, и те забрали оставшегося пациента и ещё парочку прибежавших во внеурочное время. Успел принести хлеба от госпожи Визгарди (она в последнее время была невероятно мила с Ингердой и часто посылала через Баттона угощения), успел вздремнуть и ещё раз помочь Ингерде - когда оставалось всего ничего работы, а мужчина начал просыпаться. Кот успешно усыпил и успокоил его ещё на некоторое время. И когда волшебница - с испариной и сведенными от напряжения мышцами - наконец закончила, Баттон мягко спрыгнул на пол и сразу же забрался на колени к хозяйке, которая тоже сползла со стула на пол. Ингерда знала, что былой чувствительности и ловкости руке она не вернула, но и инвалидом кузнец не остался.
- Ты невероятная, - промурлыкал кот.
Он мурчал и мурчал, и волшебница погружалась в сладкую дрёму. Она очень хотела погладить фамильяра, но ей жаль было портить его потрясающую шёрстку окровавленными руками.
На стуле очнулся мужчина. Он поморгал, с удивлением посмотрел на спящую волшебницу с котом на коленях, а затем, будто вспомнив где он и зачем он здесь, перевел взгляд на свои руки. С опаской и с явным трудом пошевелив левой рукой, он выдохнул с облегчением и поднялся, чтоб позвать кого-то из врачевателей. Нужно отнести чародейку куда-то, где она могла бы отдохнуть.