– Папаааа… — протянула Люси, слегка повысив голос.
Марк от неожиданности слегка вздрогнул, мысли вернулись в кабинет, а внимание – на дочь.
– А? Да-да, Люси, что ты хотела, дорогая? Я тут слегка занят, – Марк мельком взглянул поверх очков на дочь и снова взглядом утоп в своих бумагах.
– У меня очень важный вопрос к тебе, который не терпит отлагательств. Почему небо синее? – повторила с серьёзным лицом десятилетняя рыжеволосая Люси. Она скрестила свои ручки на груди, в ожидании ответа. Лёгкое голубое платье с рукавами-фонариками делало её похожим на песочные часы, с глазами-пуговками.
– Люси, небо выглядит голубым из-за того, что воздух рассеивает свет с короткой длиной волны сильнее длинноволнового излучения света… – по-быстрому пробормотал Марк и снова окунулся в свои бумаги.
– Волны… да-да… как же, как же… Папа ты начал говорить о волнах и мне захотелось на море, окунуться в него, охладиться… – конечно же девочка знала ответ на свой вопрос, а также знала, что её отец начнёт говорить о волнах, но не знала, как лучше начать разговор о море.
– Доченька, в этом году мы снова поедем к твоему дяде Александру и это не обсуждается.
– Ну папа, сколько можно? Ты же знаешь, что я не люблю горы, я море люблю, море… понимаешь? – манипуляции девочке удавались лучше всего, она хорошо знает, что папа её очень любит, потому что она маленькая, и потому что очень похожа на маму.
– Люси, хорошо! Давай последний раз съездим в гости к дяде и в следующий раз непременно поедем на море, на Лазурное побережье. – пообещал Марк, глядя поверх очков глазами, как, то самое, небо, о котором рассказывал пару минут назад.
– Договорились. – Люси радостно посмотрела своими карими бусинками на отца, улыбнулась, и в припрыжку упорхнула в двери, аккуратно закрыв их за собой.
***
Несколькими днями позже Люси уже бегала по замку и играла в прятки с управляющей замком, мадам Матильдой Морье.
Несмотря на желание Люси отправиться на море, она всегда находила великолепие в своих прогулках по старому замку, чувствуя себя в нём принцессой. Однажды её дядя Александр предложил ей прогуляться по парку, входившему в состав замкового ансамбля. Под густой листвой могучих дубов, высаженных, как говорили, ещё при Людовике Возлюбленном, аккуратные дорожки извивались, создавая уютные тени и призывая к приключениям.
– Люси, дорогая... – начал беседу дядя, медленно шагая по тропе, чтобы Люси успевала за ним. – … ты же ведь знаешь, что у меня нет детей. Я так рад, что ты снова навестила меня.
– Не волнуйся дядя Александр, ты ещё не старый, и твоя Матильда… ну ты понял, – Люси усмехнулась взрослому разговору и продолжила, – ещё может иметь детей, присмотрись к ней. Я ведь видела, как ты на неё смотришь, – снова засмущалась Люси.
– Да, моя звёздочка, – не менее девочки засмущался сам мужчина, – но дело не в этом, порой люди вообще не могут иметь детей, – с горечью в голосе и тяжестью в сердце сказал Александр.
– Совсем-совсем и никогда? – переспросила Люси.
– К сожалению да, и вот о чём я с тобой хотел поговорить, – Александр вытер платком свой высокий лоб и присел, чтобы его глаза были на одном уровне с Люси, – ты моя единственная племянница, и я хочу завещать тебе всё своё имущество.
Люси не знала, как реагировать на слова дяди, и тут вдруг Александр из внутреннего кармана своего пиджака с бордовыми лацканами незамедлительно достал конверт, опечатанный пломбой с инициалами AFD – Александр Франсуа Дюваль.
– В этом конверте, моя звёздочка, завещание и письмо для тебя. Я уже чувствую, что скоро меня не станет. В этом письме всё написано, ты всё поймёшь со временем. – Говорил дядя Александр, смотря прямо в глаза своей племянницы и держа в своих огромных руках её детскую ручку, но Люси не знала, что она должна понять и вообще для неё всё это происходило, словно во сне, каком-то странном сне, от которого она хотела быстрее пробудиться, но не могла, только лишь из-за того, что это была реальность.