— Не любишь ответственности, — вдруг сказал Кронус. Глаза его потускнели. — Понимаю. Считай, щербатый пошел в гору, передай ему.
Неторопливо, впитывая краски и запахи двора Николай отправился на поиски Фрата, который успел куда-то запропаститься. Пусть себе, дело не срочное — длительность пути позволяла Охотнику подумать. Он избавился от намеков на лидерство и слегка поднялся в «волчьем» табеле о рангах, что само по себе неплохо. Запутался в характере и мотивах самого Кронуса — хетч, но терпимо. Пока верхи относятся к нему сносно, он не будет углубляться в загадки и строить гипотезы. Простота приятна, а у него есть чем заняться.
***
Вечер начался обыденно — с визита Золии. Принарядившись, она заскочила к нему в комнату и сходу предприняла речитативную атаку:
— Ты поколотил Борза, правильно. Этот недоносок на днях обозвал меня шлюхой. Я, конечно, не святая… А ты силен, Ник, и вроде не сильно привираешь; знаешь, я бы даже оставила тебе свои бриллианты на хранение, но ты лучше добудь мне новые. А если не добудешь, я не огорчусь, потому что ты мне…
Николай молча выскочил за дверь. За истекшую неделю болтовня Золии его изрядно утомила. Кого эта неугомонная увидела в нем? Он иногда помогал ей, на пару с Фратом прикрывал от гнева неудовлетворенных поклонников… Кстати о Фрате, надо бы потолковать с ним об учениях и жизни.
Он нашел приятеля в трапезной, за игрой в кости. Оделив мимолетным вниманием три кубика, Николай показал жестом: мол, завязывай. Фрат, точно по волшебству, изъял со стола выигранные деньги и довольно осклабился.
— Пируем, я в фаворе.
Сказано — сделано. За ужином, обильными возлияниями и горячими спорами минуло два часа, а Николай так и не подобрался к намеченной теме. Допил вино и в сотый раз попробовал направить беседу в требуемое русло.
— Построение в две шеренги — хетч и хетчу по…
— Ты чего такой настырный-то? — Фрат умыкнул со стола два металлических кубка и предложил: — Айда на стену, там поговорим… И бочонок не забудь прихватить.
— Я что, кардал, бочки тягать?
— Да тебя хрен поймешь. Но я твой командир — это точно.
Пришлось Николаю спускаться во двор с объемной тарой на плече. И на стену взобраться с нею родимой. Переведя дыхание, Фрат махнул рукой знакомым дозорным, плюхнулся на стеновой парапет и милостиво позволил:
— Седай.
— Притрусь, благословясь.
Охотник грохнул бочонок о камни.
— Не выражайся. Лучше смотри.
Черные островерхие тени елового леса эффектно раскачивались в обрамлении заката. Таинственно мерцала вода в крепостном рву, белела в сумраке лента дороги. Легкие шорохи в преддверии ночи. Николай откинулся на лафет баллисты. Ударился затылком и прервал магию природы. Орудие ему не понравилось.
— Беги отсюда, Ник, — вдруг склонился к Охотнику Фрат. Горячо дыша перегаром, повторил: — Беги. Сматывай удочки, пока трясина не затянула тебя. «Волки» уже не те, от старой гвардии остались только Кронус, я, да еще пяток ребят. Все остальные сброд, мать родную прирежут за медяк… Видал, сегодня прибыла сотня, взгляд мертвый, жуть берет… Беги, Ник, ты другого замеса.
— Брось, Фрат, я знаю, что делаю.
— Да ни хрена ты не знаешь, думаешь только, а думать не надо…
Николай залпом осушил кубок и подставил лицо алым закатным бликам.
— Я субъективно надрался… опять… — Он с любопытством изучал красноватую даль. — Фрат, ты знаешь, что такое неопознанные летающие объекты?
— Летающие что?
Фрат проследил за взглядом соседа и при виде черной точки в небе вскочил.
— Дракон!!
Крик гулким эхом раскатился в пустоте двора, взорвав обстановку. Первыми среагировали дозорные — четыре воина, которые разом бросились к баллисте. Поблескивая в темноте наконечниками копий, они успели преодолеть более трех метров стены, прежде чем крепостной двор заполонила толпа солдат, поднятых воплем. Растерянные, сонные, пьяные, яростные до безрассудства «волки» преобразили мир — сталкивались, бесцельно метались от замка до стеновых лестниц и обратно. Топтали плац и упавших приятелей, размахивали частично клинками, частично бурдюками с вином.
— Назад! — раздался зычный крик.
Блеклым силуэтом в узком проеме бойницы мелькнул Кронус. Понять его беспокойство не трудно. За считанные минуты он мог лишиться трети своих людей. Если они, конечно, не уберутся со двора.
— Освободить двор, завдарово отродье!
Тень в небе обрела более четкие контуры. Мерные взмахи крыльев несли веретенообразное тело, пока что миниатюрный за дальностью расстояния бич хвоста хлестал воздух. Замка достиг отголосок рева.