Крадучись сместились тени.
Охотник тихо проскользнул мимо костра и уснувших часовых. Оперативность действий, в большинстве случаев, поощрялась Управлением, как оптимальный путь к спасению. Углубившись в танец лунных огней и зеленого сумрака, Николай остановился. На грани слышимости зафиксировал тонкий шорох песка — в округе посторонние.
Ночь застыла, либо Охотник сконцентрировался настолько, что реальность показалась тягучей волной смолы. Он достиг кустарниковой полосы, за которой серой лентой угадывалась дорога…
Враги близко. Но где именно?
Короткими бесшумными рывками димп устремился туда, где, по его мнению, притаились Носители Грома. Только они и никто иной — характерные скрипы перевязей и доспехов выдавали вояк. Сомнительно, что окрест возник новый отряд. Так и есть — эстебцы безмолвными, целеустремленными силуэтами рассекали ночь. «Минут десять и прибудут», — прикинул Николай. Сгустком мрака он вернулся на поляну, где все так же мирно посапывали «волки». Некоторые из них бормотали во сне, призывая и кляня неизвестных людей.
— Фрат, — толкнул он щербатого. — Тихо, к нам гости.
— Гости? — Фрат усиленно моргал.
— Оперативная доставка горячих блюд. — Димп тряхнул собеседника. — Очнись и буди народ.
Смекнув что к чему, Фрат метнулся к подчиненным. Отметил череду лежанок своим яростно взъерошенным присутствием, мимоходом сунул под дых остолопам часовым, посоветовал всем заткнуться и с готовностью уставился на Охотника. Николай кивнул — пора импровизировать.
— Враг наступает от дороги. Разделимся: двадцатка возьмет правый фланг, двадцатка — левый. Укройтесь за деревьями, да где хотите укройтесь. Оставшаяся десятка продолжит храпеть. Как только Носители кинутся, сомкнем клещи. Внесем сумятицу и на прорыв. Ясно?
— Принимаю, — на всякий случай согласился Фрат. Шепотом добавил: — Думаешь, получится?
Николай не ответил.
***
Из сумрака выскользнул солдат, посланный оценить численность отряда Кронуса.
— Спят, — прозвучал скупой доклад.
Эстебец пожал плечами — убивать во сне Носителям Грома не впервой. Атака пройдет в намеченном порядке, если, конечно, маг не испортит дело извечными поправками и домыслами.
— Я молчу, — тонко усмехнулся человек в белом.
— Они отребье. Эстебская сталь возьмет свое. — Офицер уверен и непреклонен.
— Я молчу.
***
Трое… или четверо? Под лиственным шатром тускло блеснули доспехи. Оскал мечей в руках пригнувшихся воинов казался пастью зверя, готового к прыжку.
Барабаном ухнуло сердце, гул крови могучим прибоем плескался в ушах. За сумятицей мыслей Фрат едва не пропустил момент, когда эстебцы ястребами метнулись к «спящим» солдатам. Благодарение свету, у «волков» хватило ума не подняться раньше срока. Скованные напряжением они тискали рукояти клинков и молились.
Еще один короткий миг…
Занявший позицию в тылах лагеря Охотник мерил взглядом расстояние между ним и бойцами Кронуса. Пора!
— К семи прибавьте пять! — гаркнул он.
Трюк сработал. Носители приостановили рывок, отчасти из-за внезапности крика, отчасти из-за математических раздумий. Надо отдать должное — сосчитали резво — за доли секунды, так необходимые десятерым «волкам», чтобы сорваться в нападение.
В лязге выпадов сталь высекла голубоватые искры, вспыхнула алым кровь…
Багрянец никогда не нравился магу. Но верность долгу — превыше. Он сформировал магическую цепь заклинаний — от сердца к точке Го, затем в кисти, а оттуда… Куда направить блики молний, опоясавших пальцы?
Николай изменил направление броска. Нырнул вправо, оставив позади ярко-белый фонтан взрыва. Потустороннее пламя вздыбило грунт, тряхнуло лес. Кувыркнувшись пару раз, он вскочил и понял, что магическая вспышка лишь прелюдия. Разрезанное молниями пространство вскипело — девятым валом нависло над Охотником.
Смерть приняла оптимальную стойку. Единственная надежда — Иллитерий.
Горячее прикосновение энергии наполнило Роса силой. Меч впитал заклинание подобно губке, перекроив энергетическое полотно на благо хозяину.
Маг испуганно вздрогнул при виде того, как тьму прорезало сияние демонической фигуры. Мгновение назад фигура слабо сочилась многоцветьем, теперь же воспылала сотней лампад. И контратаковала, сторицей вернув заклинание… Накрытый волной боли кудесник посмотрел на свою грудь, где зияло сквозное отверстие. В дыру запросто пройдет рука. Маг с удивленной гримасой проверил сей факт на практике и повалился наземь.