— Десять, — сказал бородатый стражник с колоритным багровым носом.
— Что? — подпрыгнула в седле Илибис. — Да я…
Николай оперативно перебросил солдатам горсть монет.
— Десять за въезд и персоналу на чай.
— О чем…
Пользуясь изумлением стражи, Охотник благополучно миновал ворота. Шумная полная голосов площадь распахнулась навстречу темной мостовой, цветастыми одеяниями, скоплением телег и лотков, приземистыми постройками и серыми провалами улиц.
— Я здесь не бывала, — тихо, а главное мирно, сказала Илибис, присоединившись к спутнику.
— Сочувствую.
Сочувствовать нечему. Базарный день сюрпризами не баловал. Торговое безумие, суета толпы и беготня детворы слагались в прозаичную картину. Замызганного вида гном, собирая объедки, рыскал около лотков с припасами. Посреди торговой площади памятником возвышался огромный скелет дракона. Преклонных лет маг для увеселения зевак творил чудеса. Располагаясь в кругу зрителей, проделывал руками незамысловатые пассы, а над ним порхали непередаваемо яркие шарики всех цветов радуги. Они танцевали, рассыпая крохотные молнии.
— Ой, — только и сказала Илибис. — Подожди, Ник, давай посмотрим.
— Уже видел.
Николай спешился и отстранил докучливых торговцев сладостями.
— Когда?
— По башке давеча дубиной прилетело.
Он сориентировался в лихорадочном кипении города и придержал за лямки штанов вертлявого чумазого пацана. Наградил монетой и, к удивлению девушки, вежливо поинтересовался:
— Здесь неподалеку есть таверны?
— А то. — Пацан шмыгнул носом. — Улочку видите? Переулком Пяти кличут. Там второй дом с края.
— Идем, — подтолкнул девушку Охотник.
Ведя коня на поводу, он протолкался к торговым рядам на окраине площади. Народу тут, хвала Великим, гораздо меньше. Николай замедлил шаг, осмотрелся… и не поверил увиденному. Некто, стоя на углу тенистой улочки, в упор рассматривал Охотника. Стоило неизвестному ощутить взгляд димпа, и наблюдение мгновенно свернули. Неизвестный скрылся меж домов — лизнули мостовую полы неопределенного балахона…
Не являйся Николай подготовленным оперативником УКОБа он бы решил, что ему привиделись эти старческие многоопытные черты и зеленоватые руки, полускрытые балахоном.
Опять зелень. Зелень в возрасте. Ранее Охотник сталкивался исключительно с крепкими зеленокожими бойцами в расцвете сил. А Готлиб преподнёс сюрприз… Игра продолжалась. По информации Эдэи ответственным за перестановку вражеских фигур числился Хоор. Он что, решил изменить тактику? Заменить воинов на… На кого?
Затылка Охотника коснулся холодок. Старец таил неизвестную угрозу не физического плана.
— Ты куда?
Илибис прикоснулась к плечу спутника и тем самым предотвратила его рывок.
— Никуда, — помрачнел он, углубляясь в не слишком-то приятные ароматы переулка — Нам сюда.
***
Таверна «Жуплен» удивляла своей чистоплотностью, столь нехарактерной для подобного рода заведений. В ней сияло все — от надраенных досок пола, лавок и столешниц до румяного лица хозяйки. Протирая массивные, бочкообразные кружки, полноватая добродушная женщина расточала улыбки и хитрые подмигивания, великолепно дополнявшие простоватую обстановку. Над котлом, установленным в прокопченном очаге, курился легкий дымок. Смешивался с дымом от трубок немногочисленных посетителей и терялся в ряду винных бочек.
— Зачем? — вновь спросила Илибис.
На первый вопрос Николай не ответил, предпочтя оценить вместимость кружек. Но делать нечего… Он со вздохом поковырял ложкой в аппетитном кушанье, заказанном по прибытию, и поинтересовался:
— Что зачем?
— Не прикидывайся глухим. Зачем ты сопровождал меня в Готлиб? Гораздо проще оставить меня одну и исчезнуть
— Не успел продумать план… — Николай искал и не находил ответа
— А под руку подвернулась богатая дочка, за спасение которой Мортан озолотит, — подсказала Илибис, уставившись куда-то в угол.
— Как догадалась? — обрадовался Николай.
Девушка поморщилась, точно от сильной зубной боли. А она-то глупая думала… Напрасные мечты. Он наемник и правая рука Кронуса. Холодный горный лед, а не человек.
— Ты доставишь меня к отцу? — замерла Илибис. И мысленно обругала себя за надежду.
— Ты беспокойная компания. — Охотник вновь приложился к кружке. Вино кислило.