— Ты тоже не подарок, — мгновенно взвилась девушка.
— Успокойся. Я наемник, предпочитаю звонкую монету, и ты не отвяжешься от меня вплоть до трона папочки. Проникнись радостью.
— Я лучше проникнусь отдыхом.
Илибис встала. Одни боги ведали, как ей хотелось лечь на чистое белье, в привычную кровать, и спать, спать…
— Я приду позже, — кивнул димп.
— То, что у нас не хватило денег на вторую комнату, еще ничего не значит.
Она величаво удалилась, препоручив собеседника мыслям, догадкам и опасениям.
Время остановилось. Менялись заказы и разговоры, люди приходили, люди ели, люди уходили. Бесконечное сонное однообразие, разбить которое не представлялось возможным.
— Седьмая попытка, — пробормотал он, пересчитывая наличность.
Двенадцать готлибских медяков должно хватить на кувшинчик вина. За ним-то он и сходит, благо хозяйка секунду назад появилась у стойки.
— Повторить? — Вопрос риторический.
Николай утвердительно кивнул и повернулся к залу. Он почувствовал некоторые изменения… И впрямь, в дальнем углу торопливо расправлялся с едой сурового вида мужчина в пропыленной накидке. Выправка и многочисленные шрамы выдавали в нем опытного воина.
— Хранитель дорог, — шепнула хозяйка. — С ним лучше держать ухо востро. Говорят, их специально тренируют у Мортана для противостояния целой толпе.
— Он что, вояка Правителя? — заинтересованно спросил Николай.
— Не так громко… Они слышат за милю, на то и хранители. Их выпускают перед войском, чтобы, значится, подготовить дорогу. Убрать всяких там… ну вроде разбойников.
— Перед войском? — Хмель разом покинул Охотника.
Хозяйка часто заморгала. От изумления челюсть ее поползла вниз.
— Не слышали разве? Мортан выступил против Кронуса. Говорят, «волки» похитили его дочь, разрезали на кусочки и вернули отцу.
Кашлянув для прочистки горла, Николай возвел глаза к потолку. Атриду и «волкам», считай, конец. Они станут историей, а «разрезанная» Илибис примется доставать его, выказывая сотни претензий днем, ворочаясь ночью и невинно посапывая по утрам.
***
В предрассветных красках она выглядела мило. Торопливо натягивая брюки, Николай старался не пялиться. Настроение и без того дрянь. Он провел ночь на скрипучем полу, продуваемый сквозняками, а тут она…
Хлопнула дверь.
«Стойло и кони», — определился Николай, спускаясь к бормотанию ранних гостей таверны. Беспрепятственно миновал зал и успел мимоходом заказать у владелицы завтрак на две персоны.
— Удачного дня. — Хозяйское приветствие настигло уже за порогом.
Он торопился. В силу ряда причин ему не терпелось управиться с лошадьми и амуницией, закупить продовольствие и вернуться голодным в таверну. И чего совсем не хотелось — это по возвращению услышать отчаянный визг Илибис. Охотник проскочил порог, уяснил ситуацию и притормозил около эпицентра боя. В качестве зачинщиков безобразия выступали двое мужчин лет тридцати и незабвенная Илибис. Первые само собой пытались усмирить девушку. Она барахталась под тяжестью двух накаченных вином туш, визжала, кусалась, действовала кулаками и… всхлипывала от собственной беспомощности.
Она больше не могла выносить перегар, жадные руки, сопение и пот. Ей оставалось только сдаться… или же вздохнуть полной грудью. Тела, что давили, необъяснимым образом воспарили над полом, описали короткую дугу и рухнули на лавки.
Испуганно вскрикнула хозяйка, прятавшаяся в углу, за стойкой. Мельком глянув на ее испуганное лицо, Охотник двинулся к нападавшим для более подробного знакомства. Пьяное с утра отребье. Но судя по качеству одежки, они намного превосходили среднестатистических жителей Готлиба.
— Ты осмелился коснуться нас! — возопил один.
— А вы заметили? — Охотник зафиксировал цели.
— Она наша. Мы заметили ее первыми, отвали.
— Она моя, — хладнокровно сказал Рос.
Прятавшаяся за его спиной Илибис вознегодовала. Она не собственность, чтобы переходить из рук в руки, она дочь Мортана, которая умеет наказывать. Стерпев пинок под зад, Николай молитвенно возвел глаза к потолку, а когда опустил — узрел перед собой мечи. Под аккомпанемент девичьего визга сталь рассекла воздух, тусклой молнией промелькнула у носа Охотника. Стоило убрать Илибис из зоны конфликта.
— За пинок ответишь, — услышала леди, отлетая к стойке.
Вознамерилась вернуться на помощь Нику и не смогла. Больно стремительно разворачивалась драка.
Николай свалил врага подсечкой, распрямился… и едва не угодил под веер клинка. Противник спьяну действовал на пределе возможностей. Глупец — впустую крутанулся по часовой и ткнулся челюстью в своевременно подставленную рукоять Иллитерия. Надо видеть удивление в осоловевших глазах, чтобы оценить радость Охотника. Схватка закончилась, толком не начавшись.