– Эй, что случилось? – крикнула она Максу вдогонку, но тот уже скрылся в своём кабинете, хлопнув дверью. Кай растерянно повернулась к парню, все ещё державшему её за руку: – Извини. Не понимаю, что с ним сегодня. Обычно он так себя не ведёт.
– Да ничего. Бывает, – Джозеф ободряюще сжал её пальцы. – Мало ли что произошло. Пойдём скорее. Я в городе только до вечера и не намерен всё это время провести здесь. Хватает того, что я и у себя целыми днями торчу в штабе.
– Слушай, да оставь ты парня в покое, – хохотнул Джозеф, с удовольствием уплетая огромный кусок пиццы.
Они вдвоём уже успели съездить к океану, несколько часов прогуляться по песчаному пляжу, ёжась под порывами зимнего ветра и обсуждая новости, которых накопилось немалое количество за почти год, что они не виделись, и теперь, вернувшись в город, устроились в небольшой пиццерии, чтобы поужинать. За это время Кай отправила Максу уже три сообщения, ни на одно из которых так и не получила ответа, и печатала четвёртое.
– Если бы что-то случилось по работе, тебе бы уже сообщили, – Джозеф отобрал у неё телефон и отложил в сторону. – А остальное подождёт. Вот уеду я через пару часов, и пойдёшь к нему выяснять, что да как. Если бы я тебя не знал, то решил бы, что он тебе нравится.
Кай застенчиво отвела глаза, уставившись через стеклянную витрину на улицу.
– О-о-о… Вот оно что…
Распрощавшись с Джозефом поздно вечером, Кай кое-как уместила букет в единственную вазу, которую смогла найти на кухне, и занесла его в свою комнату, устанавливая на прикроватную тумбочку вместе со стопкой книжек. В её тёмно-сером интерьере жёлтые цветы смотрелись ярким пятном, приковывая к себе взгляд и заставляя губы сами собой расплываться в улыбке.
Нужно было поблагодарить Макса. Но почему-то Кай было и волнительно, и страшно одновременно. Не было никаких сомнений, что всё это сделал он, но дальнейшее его поведение ставило её в тупик. Дав себе ещё пару минут на то, чтобы собраться с мыслями, она быстро приняла душ, смывая с себя усталость сегодняшнего дня, и, переодевшись в свободную клетчатую рубашку-платье, вышла в коридор и решительно постучала в дверь Макса.
– Уходи!
Голос с той стороны звучал глухо и недовольно. Кай нахмурилась и постучала ещё раз. Чёрта с два она теперь уйдёт, пока не узнает, в чём дело.
– Я попросил тебя уйти!
– Нет. Пока ты не объяснишь мне, что произошло.
– Я тебя по-хорошему прошу. Сейчас не лучшее время!
– Открой эту чёртову дверь и объясни мне, что это днём было, и почему ты повёл себя так по-хамски!
Но ответом ей была тишина. Вспомнив, что и сама может открыть, она поднесла ладонь к сенсору, но когда замок щёлкнул, не успела даже взяться за ручку, как дверь резко распахнулась, ударившись о стену, а разъярённый Макс рывком затащил её в комнату. Толкнув Кай, он прижал её к стене, прожигая чёрным взглядом. Его грудь и плечи тяжело вздымались от едва сдерживаемой ярости, и Кай бросила взгляд через его плечо в попытке найти путь к бегству. Это было скорее инстинктивно, потому что она совершенно не думала, что Макс может навредить ей. От того, что она увидела позади него, глаза Кай расширились в удивлении.
По комнате как будто ураган прошёлся. Кресло было перевёрнуто и лежало на боку, все книги, до этого ровными рядами стоявшие на полках, в хаотичном порядке валялись на полу, а большое зеркало в двери шкафа-купе покрылось паутиной трещин, расходящихся от дыры на уровне глаз.
– Я ничего не собираюсь тебе объяснять. Тебя это не касается, – практически прорычал ей в лицо Макс, но Кай и бровью не повела.
– Меня касается всё, что с тобой происходит.
– Только не надо делать вид, что тебе не всё равно, – Макс зло рассмеялся.
– Но мне действительно не всё равно. Твоё состояние влияет на нашу работу, и… – что она несёт? Причём здесь это? Она ведь переживала о нём весь день, так и не сумев отключиться от непонятных мыслей, чтобы спокойно провести время с другом.
– Ну конечно, работа. Что же ещё? – Макс сильнее сжал её запястья. – Если тебе так уж интересно знать, то произошло то, что я помешался на тебе и теперь схожу с ума! И уже практически не контролирую себя! Так что убирайся…
Он рывком отпустил её руки и сделал шаг назад, сжимая кулаки. Кай же несколько секунд смотрела на него ошеломлённым взглядом, пытаясь сложить в голове его слова и поведение в одну картинку. Он ревновал её. Он. Её. Ревновал. Так, может быть, она ничего не придумала?
– Макс… – сделав решительный шаг вперёд, Кай приподнялась на носочки и, обхватив ладонями его шею, пылко поцеловала. Она, чёрт возьми, безумно скучала по нему, и, кажется, сейчас дошла до той стадии, когда ей было уже всё равно, что он подумает.