Девушке пришлось изрядно повозиться, прежде чем у неё получилось нечто, напоминавшее причёску, с которой она щеголяла в усадьбе госпожи Андо.
"Не шедевр, конечно, — подумала она, критически осматривая своё отражение в большом металлическом зеркале. — Но для начала пойдёт".
Хмыкнув, Ия отправила грустную служанку за завтраком.
Пока она отсутствовала, Платина, накрепко запомнившая слова старшей подруги, попыталась окончательно довести свой облик до совершенства, используя для этой цели косметику из своего мира.
Когда вернулась Оки, она уже аккуратно подводила себе губы. Метнув на хозяйку удивлённый взгляд, девочка принялась расставлять на столике посуду, попутно сообщив, что после завтрака старшая госпожа ждёт самую младшую госпожу.
Торопливо утолив голод, Ия отправилась в покои супруги начальника уезда.
С высокого пронзительно-голубого неба ярко светило весеннее солнышко, заставляя её довольно щуриться от тепла и весны.
Угара, стоявшая на веранде у дверей апартаментов хозяйки дома, громогласно объявила:
— Самая младшая госпожа к старшей госпоже.
— Пусть войдёт, — донёсся в ответ голос Азумо Сабуро.
Сопровождавшая Платину Оки помогла ей разуться, и та, сделав пару шагов, застыла в почтительном поклоне.
— Рада видеть вас, Ио-ли, — любезно поздоровалась всё ещё сидевшая за столом женщина. — Но я не ждала вас так рано.
— Если я вас побеспокоила, то прошу позволить мне уйти, — тут же сориентировалась гостья.
— Нет, нет, — покачала головой собеседница. — Садитесь, выпейте чаю.
— Спасибо, старшая госпожа, — поблагодарила девушка, опускаясь на предложенный табурет и дожидаясь, когда Икиба наполнит её чашечку кипятком.
Поинтересовавшись у приёмной дочери своего супруга, как той спалось на новом месте, и благожелательно выслушав панегирик её новому жилищу, хозяйка комнаты перешла к делу.
— Скоро праздник фонарей. В эти дни у нас всегда собираются гости. Надлежит принять их со всем почтением, как подобает благородной семье чиновника восьмого ранга.
Воспользовавшись тем, что собеседница замолчала, делая очередной глоток, слушательница сочла полезным проявить верноподданнические чувства.
— Я приложу все усилия, чтобы помочь вам, старшая госпожа!
— Ценю ваше усердие, Ио-ли, — слегка поморщилась хозяйка комнаты, и Платина тут же замолчала, скромно потупив глазки. — Но вы ещё молоды и неопытны. Поэтому для начала вы будете просто сопровождать меня, смотреть и слушать. Возможно, я будут давать вам какие-то небольшие поручения. И этого пока достаточно.
Она поставила чашечку на стол.
— Я готова, старшая госпожа! — с преувеличенным энтузиазмом вскричала Ия.
— Тогда пойдёмте, — поднимаясь на ноги, торжественно провозгласила супруга начальника уезда.
Первым делом они направились на кухню. Сопровождавшие её женщины как-то, словно сами собой, выстроились в упорядоченную процессию в строгом соответствии со своим положением.
Чуть отстав от хозяйки дома, шла Платина, за ней горничная и служанка старшей госпожи, и замыкала шествие Оки.
Из широко распахнутых дверей пахнуло вкусным жаром от сложенных из камня печей, доносился стук ножей по разделочным доскам, бряканье посуды, громкие голоса поваров и их помощников.
Здесь распоряжался тучный, пожилой мужчина с окладистой седой бородой и румяными щеками, делавшими его чем-то похожим на Санта-Клауса.
Заметив супругу начальника уезда, он громко объявил, перекрывая зычным голосом все прочие звуки:
— Старшая госпожа здесь!
Слуги тут же удивительно синхронно согнулись в поклоне и, не дожидаясь разрешения, вернулись к своим делам.
Окинув кухню придирчивым взглядом, хозяйка дома подошла к самой большой печи. Оказавшийся рядом румяный толстячок тут же приподнял плотно сколоченную деревянную крышку.
Мельком взглянув на кипящий рис, Азумо Сабуро нахмурилась.
— Почему ещё не готово?
— За водой пришлось посылать, старшая госпожа, — пряча взгляд, ответил собеседник.
— А разве вчера вечером не запасли? — помрачнела супруга начальника уезда.
— Немного не хватило, старшая госпожа, — виновато вздохнул слуга.
— Ты разучился считать, Чиникеш? — вскинула аккуратные брови женщина.
— Нет, нет, старшая госпожа! — энергично запротестовал тот. — Панкет безрукий сразу два ведра пролил. Господам на завтрак хватило, а когда стали слугам готовить, он и пролил. За корзину запнулся…