— Что, здорово я орал? Перед Катей стыдно. Сейчас стыдно, а при ней — черт знает что такое! И всякий раз так,— это был вызов к откровенному разговору на личную тему.
— Ничего. Она тебя понимает, а это самое главное, когда понимают тебя,— принял вызов Борис.
— А Климова тебя понимает?
— У нее другой есть. А я так, родители дружат,— честно признался Борис.
— А-а-а,— посочувствовал Валерка,— а в классе все думают, что у вас, это самое... по-настоящему.
Когда Борис вышел от Валерки, утренние сомнения уже не терзали его, они отступили сами собой, под впечатлениями прожитого дня. Оказывается, когда помогаешь другим — себе тоже что-то берешь. А главное, с Валеркой, наконец, установлен мир.
РЯДОМ С ПОИСКОМ
На другой день Борис отправился к Антону Семеновичу. Но ему опять не повезло: у того было много ребят, в том числе Костя, Валерка с цветущим синяком и сосед Валерки, чудаковатый, по мнению Бориса, Алик Чолмоныев.
Ребята, как видно, только что пришли, потому что говорили азартно, все сразу. Они кого-то нашли и наперебой доказывали, что это именно тот, кого искали, и никто другой. Борис догадался, что это поисковая группа и что сейчас учителю будет не до него.
— Раздевайтесь, ребята,— пригласил Антон Семенович.— Все раздевайтесь. Материалы, документы с собой?
— С собой,— дружно ответила группа.
— Вот и хорошо. Заседание срочное. Проведем его у меня. Молодцы, дружно организовались, а главное — сами.
— Это Алик у нас организатор,— сказал Костя, снимая куртку.— Он такое говорит, такое...
— Молодец, Алик, широкая у тебя душа,— похвалил учитель.
«Зато глаза узкие»,— недобро подумал Борис, разозленный неудачным своим визитом. Он чувствовал себя лишним, а уйти было неудобно.
— Чего не раздеваешься? — мимоходом заметил Антон Семенович.— Ты ведь не гость у меня, за тобой не надо ухаживать. Можешь с нами поработать.
Такое обращение льстило самолюбию Бориса, пусть все слышат, как разговаривают друзья, и, чтобы еще больше подчеркнуть свою независимость, он отказался от предложения учителя.
— Спасибо. Я лучше почитаю в другой комнате.
— Твое дело. Читай,— согласился Антон Семенович.— Только не забудь заодно чайник для нас включить.
Борис полистал снятую с полки книгу, равнодушно пробежал глазами по строчкам — он пожалел, что отказался остаться с ребятами. Всегда у него так получается: в самое дурацкое положение ставит себя сам. Вот сейчас рядом, в другой комнате, горячатся ребята, он слышит их голоса, представляет выражение лиц каждого, но он не с ними.
— Нет, ребята, не ошибаюсь. Горами клянусь, эту карточку я сразу признал, когда увидел у Валерия. («Надо же, Валерку кличет «Валерием»,— опять с раздражением подумал Борис про Алика.)
— Рассказывай! Рассказывай скорее все, что знаешь,— торопили ребята,— все, что нам говорил.
— Не торопись, Алик. Спокойно,— советовал Антон Семенович, но и в голосе учителя Борис уловил нетерпение.
Алик сильно волновался. Говорил с большим акцентом, чем всегда.
— Не так я сказал. По-другому скажу. Карточка — другая. Мальчик — тот самый. Здесь ребенок как ребенок, в костюмчике. А на той — солдат маленький, во все военное одет. У нас на Алтае живет. Звезды любит. Стихи любит. Мой большой друг. Я спросил, кто на фотографии. Он и рассказал, что сыном полка был. А потом в школу мы его пригласили. Приходил... Здорово рассказывал!— Алик замолчал. Борис словно увидел, как заблестели его раскосые глаза. Но ребята торопили:
— Не отвлекайся, Алик. Говори. Кто он? Где сейчас? Что делает?
— То же, что и делал. Работает. Погоду предсказывает. Дома у него карт синоптических — уйма! Про него даже по телевизору показывали. Не верите? Клянусь горами! — Ребята засмеялись.
— Ладно, не клянись, верим. А живет он с кем, один?
— Зачем один? — простодушно возразил Алик, словно жить одному — это неприлично.— Семья у него, дети. Все, как положено. Жену с юга привез. Коса — во! Краси-и-вая... Звонкая, как ручей! Гибкая, как лоза! По-русски не очень говорит, но друг мой все понимает.
Дальше Алик так же восторженно рассказал, как она, то есть чья-то жена, решила в горах сад растить, как на юге, целыми днями в питомнике пропадала. Ох, и полюбили ее на Алтае!
Борис чувствовал, что рассказ Алика подходит к концу, и пошел в кухню готовить чай. А когда вернулся, то понял, что ошибся. Алика заставили рассказывать все сначала, со всеми подробностями: про карточки, про синоптика, про его жену, про выступление в школе и т. д. Шелестели странички записных книжек, ребята записывали. Потом зашуршали бумаги, задвигались стулья и все стихло.