- Заткнись! – хотела было вырваться я, но руки Шона крепко держали меня. – Я не могу по другому.
- Ты даже не пробовала. – С упреком произнес парень. – Твоё упрямство должно было тебе в этом помочь, но ты направила его совершенно в другую сторону. Ты думаешь, мне его не хватает? Думаешь, я не грущу? Нет, Сьюзи, я грущу побольше твоего! Но я живу дальше ради него. Что бы его мечта исполнилась и жила после всех нас.
- Но..
- Никаких «Но», хватит! – Его голос стал мягким, как прежде. – Ты достаточно истязала себя. – Он погладил меня по волосам. – Я слишком за тебя переживаю, хочу быть уверенным, что ты в порядке.
Я набралась злости и оттолкнула его со всей силы, Шон сделал шаг назад.
- Что ты хочешь от меня? – С полными глазами слез сказала я.
- Давай, поедим вместе. – Парень довольно ухмыльнулся. – Я забил холодильник продуктами.
- И после этого ты уйдешь? - я бросила на него сердитый взгляд.
- У меня нет столько свободного времени. – МакЛарен развел руками и виновато улыбнулся.
Я сдалась.
Вид МакЛарена больше не приносил мне столько боли, сколько это было на протяжении этого времени. Говорят, общее горе сближает, но только не нас. Мы слишком много потеряли, что бы плакать тихо в общем уголке. У каждого из нас жизнь практически отняла мечты, но Шон нашел в себе силы, что бы идти дальше, а я как жалкая неудачница осталась позади. И уже за это его хотя бы стоило выслушать.
- Как насчет пасты? – спросил Шон, доставая что-то из холодильника.
- А есть вино? – уточнила я и скинула пальто, бросив его на перила лестницы.
- Конечно. Красное, как ты любишь.
Шон поспешил достать бутылку из холодильника .
- Тогда давай пасту, а с чем? – я встала напротив него. Парень уже разложил все продукты на столе и налил мне бокал вина, протянув мне его с неизменной улыбкой. Ему нравилось, что всё шло по его сценарию.
- С митболами и моим фирменным соусом. – Гордо произнес известный певец, облачённый в фартук для готовки. Где он только его нашел?
- Не уделай, только свой лощёный наряд. – Бросила я и отвернулась, оглядывая гостиную, в которой мы любили собираться по вечерам с друзьями.
Я прошла вглубь, прихватив с собой бокал. Всё здесь покрылось пылью, так же, как и внутри меня. Я опустилась на своё любимое место за обеденным столом, где раньше напротив меня сидел Дэмиан, и провела ладонью по столешнице, оставляя чистый след, забирая с собой пыль.
- Затихнет ли когда-нибудь эта боль? – произнесла я и сделала первый глоток.
- Никогда. – Вдруг отозвался Шон, нарезая овощи, как профессиональный повар. – Она всегда будет внутри тебя, но у тебя есть шанс слышать её чуть меньше.
- А зачем? – Я посмотрела в окно, что выходило в сад. – Я словно дом, что пропитан воспоминаниями, стою угрюмый и одинокий, пока за окном светит солнце и греет моих соседей.
- Знаешь, дома имеют одну особенность. – Я перевела свой взгляд на парня. – Внутри них происходит смена хозяина и тогда, они заживают новой жизнью, стоит лишь открыть двери.
- Врят ли кто-то купит такую развалюху. - Я пожала плечами, и горько усмехнулась.
- При должном уходе и обслуживании любая развалюха может превратиться в прекрасный дом.
С моих губ сорвалась усмешка. Ну да, конечно.
Шон опустил спагетти в воду и подошел ко мне, в одно ловкое движение, стул на котором я сидела, уже был повернут на него. Он присел и взял меня за руки.
- Ты же знаешь, я всегда приду к тебе на помощь. – Его взгляд был чрезвычайно теплым. Мне стало не по себе.
- Почему ты смотришь на меня, словно я божество? – неудачно шучу я, дабы избежать неловкости.
- Неужели ты никогда не замечала, что я всегда на тебя так смотрел? – ухмыляется Шон.
- Как? – к моим щекам подступает жар. Мне не нравится этот разговор.
- Серьезно? - МакЛарен отводит взгляд, а потом резко впивается мне прямо в глаза своими зелеными глазами. – Ты всегда видела только Дэмиана и не замечала, что я люблю тебя.
Сердце пропускает удар. Я начинаю заметно нервничать и потираю шею, тыльной стороной ладони.
- Но, ты сказал, что эти чувства в прошлом? – у меня дрожит голос.
- Я соврал.
Глава 9
Я не знаю плакать мне или смеяться. Внутри меня всё смешалось: злость, смятение и ненависть. Всё полыхает. Не знаю, есть ли в нем хоть капля надежды на то что я его полюблю, но мне от этих разговоров становится мерзко. Считаю себя не достойной любви. Не достойной заботы. Не хочу это ощущать, но почему-то внутри загорается огонек надежды. А что если шанс жить дальше всё-таки есть? Я отвожу взгляд от Шона и чувствую, как пожар внутри становиться камнем. Это дает мне силы, наконец, ответить.