В двадцать три я встретила Демиана, он был гитаристом в одной малоизвестной группе и, хоть мы были из разных миров, у нас завязался роман.
Два года мы были счастливы и собирались пожениться, но всё пошло не по нашему плану.
Всё закончилось затяжной депрессией и завершением карьеры. Никто больше не хотел работать со мной, с девушкой, что «полетела кукухой». Но я бы на них посмотрела, переживи они хоть долю того, что случилось с нами. У СМИ свои версии событий и им я ничего не хочу доказывать. С тех пор я веду почти затворнический образ жизни, благо в молодости я не была особой транжирой и мне хватает на безбедную старость.
Никто не вспоминал меня, а я старалась забыть их. И чем больше шло времени, тем лучше это получалось. Но два месяца назад Я начала получать угрозы и коробки с завядшими цветами, испачканными в крови. Пока Их было ровно пять. И я не думаю, что тот, кто их присылает остановиться.
Первое послание было просьбой о встрече, в письме рассказывалось, что человек, отправивший эту коробку, мой фанат. Но не места встречи, ни адреса отправителя, не было.
Во второй коробке помимо цветов, были плюшевые игрушки без головы и всё так же перепачканы кровью или краской, выяснять я не стала. Так же была записка « Жди меня в гости».
На пятой коробке я испытала страх за свою жизнь и решила нанять себе телохранителя. От полиции было мало толку, да и не хотела я лишний раз попадать в светскую хронику, что бы вновь не навлечь на себя репортеров. А с охраной, всё же спокойнее.
Сэма я встретила случайно.
Около недели назад.
На Лондон давно опустилась ночь. В гостиничном номере были мансардные окна, а с двадцать пятого этажа открывался прекрасный вид на Темзу. В отдалённом углу горел настенный торшер, его мягкий свет проходил сквозь пустой номер и не доставал лишь до одного угла, в котором я и притаилась, наспех завернувшись в махровый халат.
Кожа ещё источала аромат геля для душа, я стояла прямо напротив окна и смотрела на ночные огни города, медленно выпуская клубы дыма и затягиваясь снова.
В такие моменты мне было особенно спокойно. Дыхание было ровным, сердцебиение четким и я наконец-то совсем ни о чем не думала. Запах табака окутывал меня, замедляя время вокруг меня, меня саму и все мои мысли. Отгоняя всё плохое. То, что мне всегда было необходимо. Внизу бурлила жизнь, горели огни проезжающих мимо машин, они все куда-то спешили, торопились - любить, дышать, жить. Как и я когда-то.
Болезненные воспоминания нахлынули мгновенно и даже отпугивающий дым сигарет не спасал меня от них. Я замерла. Рядом был ещё один мой защитник помогавший отогнать тени прошлого. Длинные пальцы потянулись к стакану, что стоял на полу.
Я сделала жадный глоток ледяного вина, жидкость на пару секунд задержалась во рту, и чуть было не пошла обратно. Глоток и во рту остался лишь кислый привкус, а язык стянуло, как тугой резинкой. Я громко выдохнула, опустившись на пол. Сил становилось всё меньше, а желание упасть в кровать сменилось желанием просто исчезнуть. Я сделал ещё глоток, на этот раз всё прошло легко.
Вино и сигареты.
Это последняя радость оставшаяся в моей жизни и если честно с ними я не готова была завязать, пятнадцатилетний стаж брал своё. Сделав последнюю затяжку, я потушила сигарету и, бросив окурок в прозрачную пепельницу, осушила бокал.
Время прогулки. Я накинула на себя спортивный костюм и, набросив на ещё влажные волосы капюшон, вышла из номера. Ночные прогулки стали неотъемлемой частью меня, ведь в ночи всегда хотелось сбежать особенно остро, да и сигареты имели свойство заканчиваться.
Я пошла вверх по улице, путь мой лежал в Вайтроуз , которые работали круглосуточно и такие как я, могли спокойно почувствовать себя белым человеком, оплачивая свои товары на кассе, а не только по интернету, через смартфон. Хотя и тот и другой способ - сомнительное удовольствие для такого социофоба как я. Никакой разницы, просто эгоистичное удовлетворение потребностей.
Осенние ночи обладают какой-то магической атмосферой спокойствия. Подсвеченная фонарями желтая листва, создаёт мягкое сияние - тепло, уютно и совсем не одиноко.
Мимо меня проходят люди, я стараюсь смотреть в их лица, запоминать, как они счастливы. Порой я представляю, что тоже счастлива, так же как и они. Улыбаюсь как они, сначала натянуто, а потом до болей в скулах. Потом они проходят мимо, как и их счастье, оставляя мне лишь пустоту и ощущение никчемности. Благо идти не далеко и прежде, чем я успеваю порвать рот от вымышленного счастья, на моём пути вырастает супермаркет.