- Какие коробки? – Ее голос даже не дрогнул. – О чем ты говоришь?
Мне стало неловко. Весь запал злости пропал.
- Прости. – Вымолвила я, теряя сфокусированность взгляда. Это не она.
- И ты меня прости, за все те слова, что говорила ранее. – На том конце женщина тоже ощущает неловкость. – Мы с Дэвидом хотели бы тебя увидеть. Заедешь в гости?
За столько лет, это впервые, когда она хочет меня увидеть. Слишком неожиданно. Я осаживаюсь на пол.
- Прости, я пока не… - к моим глазам подступают слезы. – Пока не готова.
- Я понимаю.
Мы обе молчим, нам больше нечего сказать друг другу. Мы опустошены. Просто я впервые почувствовала, что я с этим горем не одна. Есть еще родители Дэмиана и им тоже тяжело, но они есть друг у друга. Опора и поддержка. А что есть у меня? Чокнутый псих с коробками?
Такая себе поддержка.
В дверь снова позвонили, и я машинально отреагировала на звонок. Подбежав к двери, я так хотела что бы это был хотя бы Шон. Потому что мне стало страшно так сильно, как до этого никогда в моей жизни не было. Когда я сама хотела себя убить, я не боялась, я хотела скорее избавить мир от своего существования, присоединится к Н И М скорее. А когда тебе шлют подобные записки, будто приставляя к горлу ледяной нож, и каждый прожитый день, ты проживаешь с мыслью, что он вот-вот тебя убьёт. Это поистине внушало страх неопределенности.
И это не просто страх, от которого тебя трясет. Этот страх дышит тебе в спину и от него мороз по коже, и всё тело словно немеет. Ещё шаг и ты – труп. И не ты решаешь, когда это произойдет. Словно вся твоя жалкая жизнь, теперь не твоя.
Первый раз, за всё это время, я воспользовалась глазком. Но коридор был пуст.
Дверь отворила, не помня, как это произошло. На пороге была пицца. Я сглотнула. Руки вспотели, а колени стали подкашиваться.
На крышке надпись: «Она не отравлена.» Он был тут когда я это сказала? Сейчас? Он вполне может оказаться одним из моих соседей? А что если это так и есть?
Я пнула коробку со всей злости. Ароматная пицца растеклась по стене напротив, оставляя кровавый след из кетчупа и пипперони на штукатурке.
Ни дня ни останусь в этом доме. В этой квартире. Ни секунды.
Я наспех кинула в сумку платье, штаны, спортивный костюм и пару футболок, а так же, несколько пар нижнего белья и быстрым шагом убежала из дома прочь. Не помня даже, закрыла ли я квартиру и выключила ли телевизор. Плевать. Лишь бы подальше сбежать из этого ада.
Направившись в первый попавшийся отель, я заселилась и попросила никому не раскрывать моего имени. Только зарывшись в одеяло в том, дешевом отеле, я почувствовала себя в безопасности.
Словно в коконе, я жила следующую неделю в этом номере. Ходила на прогулки – в ближайший супермаркет не боясь, что снова стану под прицел.
Но это произошло снова. И разбило мне сердце окончательно.
Я всю ночь сидела на окне и думала о том, что же я делаю не так в этой жизни. Курила и пила вино. Поэтому на утро я не встала. Хотя телефон звонил несколько раз.
Проснувшись в обед, я проверила телефон и там, было два пропущенных от Джэка. Ой, нет! К его приемчикам я сейчас явно не готова.
Я по обыкновению слонялась из одного угла в другой и не знала чем себя занять. Для вина рано, для слез не было желания. Скука. На телефон номера позвонили.
- Алло? – удивилась я.
- Для вас посылка. – Сказала девушка с ресепшен. – Сейчас её к вам доставят.
У меня перехватило дыхание. Никто не знал, что я это я и что живу именно в этом отеле. Неужели он так сильно одержим идеей меня запугать, что следил прямиком от моей квартиры, до этого места? Зачем выжидал столько времени? Или встретил меня на улице? Я была слишком неосторожной.
От досады я закусила губу. Сердце билось как бешенное.
Мыслей что это мог быть кто-то другой, просто не было.
В дверь постучали. На пороге стоял парень, одетый в униформу отеля и, держа в руках коробку с белыми розами, учтиво улыбался.
Мне пришлось выдавить из себя улыбку.
- Ваш муж прекрасно за Вами ухаживает. – Сказал парень, беря десять долларов на чай.
- Я знаю, спасибо. – Сквозь зубы процедила я, а у самой волосы встали дыбом и пальцы, будто покрылись инеем.
Неужели отправитель представился моим мужем? По спине выступил холодный пот. Это так мерзко, учитывая то, что он меня винит в его смерти.
Всё это время с коробкой в руках, я едва дышала. Что там на этот раз? Какая мерзость?
На крышке всё так же красовались белые розы – шестнадцать. Интересно, отчего зависит их количество. Глядя на их белые бутоны и правда, можно подумать, что они от ухажера, который старается завоевать моё сердце. Но как бы не так.