Выбрать главу

— Какого чёрта ты злишься? — поинтересовался Юлиан, не понимающий, что с ней творится и почему она всячески избегает его взгляда. В свою бытность девушкой, он совершенно безболезненно расстался с невинностью и сам секс не вызвал у него никаких отрицательных эмоций. — Да не брал я чёртов кулон!.. Слушай, куда это ты собралась?

— Искать то, что потеряла, — буркнула Цветанка и, развернувшись, бросилась к выходу.

— Вернись, чёртова устрица! Я кому сказал?!

«Блин! Ну вот, начинается! Просто любовная идиллия с утра пораньше!» Юлиан бросился следом за сбежавшей женой, но та уже проскочила коридор и с чинным видом спускалась по лестнице. Сообразив, что выскочил из постели, в чём мать родила, он поздравил себя с началом счастливой семейной жизни и, сладко зевнув, повернул назад.

«Ладно, сбежала и фиг с ней. Всё равно никуда не денется. Немного подуется и вернётся, — решил он и широко улыбнулся двум престарелым дамам, вышедшим из своего номера. — Блин! Как неудобно!.. С другой стороны, пусть любуются. Когда ещё божьим одуванчикам выпадет шанс — лицезреть мужчину во всей его красе».

Ошарашенные старушки немедленно вооружились лорнетами.

— Какая распущенность! У современной молодёжи не осталось ни стыда, ни совести! — воскликнула величественная высокая дама в фиолетовых шелках, по виду настоящий гренадёр в юбке.

— Какой красивый мальчик! Настоящий Аполлон! — восхищённо продребезжала сухонькая седая дама в легкомысленных розовых шелках и пышном белом парике, украшенном немыслимым количеством безделушек.

— Агата, что ты несёшь? Совсем выжила из ума на старости лет? — возмутилась «гренадёрша».

— Причём здесь мои умственные способности? Mon cher ami, ты посмотри, какие у мальчика мускулистые руки и плечи! Я уж не говорю, какая у него чудесная упругая задница и стройные ноги! Жаль, что он не попался мне лет двадцать назад, тогда я сказала бы тебе, каков он в постели.

— О, боги! Да замолчи ты, наконец!

— А что я такого сказала?

Сконфуженный Юлиан обернулся и, прижав руку к сердцу, поклонился.

— Дамы, мне тоже страшно жаль, что мы не встретились немного раньше!

Он подмигнул престарелой кокетке в розовом наряде, и та по-девчоночьи хихикнула, а её суровая подруга побагровела и полезла в сумочку за флаконом с нюхательными солями.

— Нет! Ты только погляди!.. Что творится! Тьфу, бесстыдник! — с негодованием воскликнула «гренадёрша» и потащила прочь свою легкомысленную компаньонку.

— Полно сердиться, Матильда! Вспомни, что сама вытворяла в молодости. Кто во время бала в нашем поместье выставил к гостям полуодетого герцога Брабантского?

— Это был тактический ход. Впрочем, что старое вспоминать это было давно и неправда, — смягчившись, проворчала старая мегера.

— Зря старалась, mon cher ami, всё равно он на тебе не женился.

— Можешь не ехидничать! На тебе он тоже не женился, несмотря на все твои ужимки…

«Классные старушки!» — одобрил Юлиан местное старшее поколение и, оказавшись в номере, плюхнулся в кровать. «Благодать!» Спустя некоторое время он поднял руку и с подозрением принюхался.

— Н-да! Однозначно от меня разит. Что не диво после вчерашнего. Страшно лень, но всё же нужно помыться, — стеная, он проклятиями потащился в ванную комнату.

Погрузившись в прозрачную воду небольшого бассейна, сдобренную ароматическими солями, юноша застонал от удовольствия, хотя царапины, оставшиеся на его теле после побоища в кабаке, основательно саднило.

На мраморном бортике стояло множество снадобий без этикеток, чьё содержимое ни о чём ему не говорило. Он наугад открыл несколько пузатых флаконов и выбрал тот, у которого была жидкая консистенция и запах свежескошенной травы. Решив, что это какой-то местный вариант шампуня, он уже приготовился вылить жидкость себе на голову, как раздался испуганный возглас:

— Господин, стойте! Это средство для избавления от ненужных волос! — В ванную вошла совсем молоденькая девушка и низко поклонилась. — Простите, я немного задержалась с уборкой.

— Ё прст…! Спасибо, малышка! Ты спасла мою голову от участи бильярдного шара.

— Господин, вам помочь?

— Желательно. А ты вообще кто такая? Наша горничная?

— Да, господин.