Притихшие девчонки с опасением посматривали на новую Верховную ведьму, боясь, что им выйдет боком то, что они сгоряча наговорили ей, но она со всеми держалась ровно и постепенно они успокоились. Лишь Руиса Файр была настороже, не доверяя её спокойствию, да Эмма Секурите втихомолку наблюдала за высшей жрицей Ведьминских кругов. Как все приближённые к власти, глава Тайной гильдии пыталась предугадать, насколько далеко можно зайти в самостоятельных действиях, не вызывая её раздражения. Сейчас она очень сожалела о своих опрометчивых словах. Интуиция подсказывала ей, что теперь будет значительно сложней добиться доверия новой Верховной ведьмы.
Очень быстро весть о смерти старой и назначении новой верховной жрицы разлетелась по Эдайну, и амулет Аделии раскалился от экстренных вызовов.
Когда непростые переговоры с конклавом ведьм, стоящих у власти в Ведьминских кругах были вчерне закончены, она окончательно вымоталась. Как и ожидалось, ей пришлось нелегко. Далеко не все безоговорочно признали её главенство, вдобавок она наслушалась немало ядовитых намёков о протекционизме. Оказывается, кое-кто из конклава ведьм знал, что она в родственных отношениях с бывшей Верховной ведьмой и с её смертью больше не считал нужным держать это в тайне.
Уставшая и до предела раздражённая, с единственным желанием послать всех подальше, Аделия перестала отвечать на вызовы. Чтобы немного передохнуть, она спряталась в полуразрушенной хижине у пруда. Здесь её и нашёл Раймонд. Сев напротив, он долго смотрел на прекрасное лицо в белоснежном ореоле волос.
— Зачем ты это сделала? — сухо поинтересовался он.
Аделия прикрыла глаза.
— Дело сделано. Нет смысла что-либо объяснять.
Раймонд фыркнул.
— Может, оно и к лучшему, — уронил он и, поднявшись, вышел из её убежища.
«Если забыть о прошлом, то всё просто чудесно, — на миг совершенные черты Верховной ведьмы исказила горькая гримаса, но тут же исчезла, снова уступив место надменно-спокойной маске. — Жалеть не о чем. Истинная свобода, как и истинная власть, приходят только тогда, когда сердце полностью свободно от всех своих пут».
Глава 8
Вампирская методика воспитания. Нашествие.
Прогулка вышла на славу. Вдоволь нарезвившись на воле, счастливая троица повернула к своему временному пристанищу. Под ревнивым оком сокола Юлиан тщательно обтёр гнедого и, поставив его в стойло, взялся за щётку. Когда животные были обихожены, он без промедления отправился к Цветанке — всё это время его мучила совесть, что он то и дело бросает её, в надежде на присмотр могущественных соплеменников.
Войдя внутрь дома, юноша улыбнулся. «Ну, ты и соня, моя красавица!» — подумал он при виде своей возлюбленной, по-прежнему висящей под потолком.
— Эй, малышка, как ты себя чувствуешь? — спросил он негромко.
Длинные ресницы девушки дрогнули, и на её сонном личике появилось выражение, присущее лишь беззаветно любящим сердцам.
— Хабиб!
— Иди ко мне! Только осторожней, не свались!
Юлиан приготовился её ловить, но его помощь не понадобилась.
С ловкостью акробатки Цветанка перевернулась в воздухе и, приземлившись на ноги, бросилась в его объятия. При этом крылья исчезли сами собой, а рискованный наряд превратился в приличное дорожное платье из тёмно-бордовой шерстяной ткани.
— Опа! Фокус-покус! Сама научилась?
— Ага! — просияла девушка и потерлась носом о его плечо. — Вру, а ты поверил? Это герцог Адлигвульф научил. В магии он просто чудо.
— Ясно. Такое дело требуется обмыть. Если эти оглоеды не нашли мою заначку, то у нас есть полбутылки отличного вина, — он чмокнул её в нос. — Есть хочешь?
— Просто умираю от голода, — созналась Цветанка.
С чинным видом она уселась за стол, и с ожиданием посмотрела на Юлиана.
— О'кей! Тогда подожди немного, я что-нибудь поищу из еды.
Юноша заглянул в кухонный закуток и озадаченно хмыкнул — там царила полная неразбериха, и он наугад приоткрыл крышку ближайшего котла. Еды там не было, зато на пыльном дне сидел довольно крупный чёрно-белый паук.
«Выходи, парень, мухи заждались!» — он наклонил котёл и восьмилапый не замедлил воспользоваться его любезностью. Спустившись вниз, паук бросился наутёк.