– Слышала? – Шмыгнув замерзшим носом, уточнила Вероника, и, стоило ей дождаться кивка, продолжила. – Сейчас вообще жить страшно. Ты слышала, что наши пропадать стали?
Ева лишь пожала плечами, ей не хотелось развивать эту тему. Веронике нравилось собирать сплетни и смотреть бесконечные детективные сериалы, поэтому она цеплялась за любые слухи, которые распространялись по городу, верила в них и доказывала другим, что это все точно правда, а потом ужасно краснела и обижалась, когда слухи оказывались лишь слухами. Меньше всего сейчас хотелось Еве слушать эти байки.
– Нет, правда, – не унималась та, – ты же видела, как мама не хотела меня сейчас выпускать? И выпустила только, чтобы ты одна по темноте на остановке не стояла.
– Было бы так, в интернете давно бы пошли слухи, и по телевизору бы показали, – За углом уже виднелся одинокий фонарь, желтоватый свет которого падал на пыльную плексигазовую стенку остановки. Они почти пришли, и Еве не терпелось запрыгнуть в машину брата – в тепло, подальше от бессмысленной болтовни.
– Так мои родители на кухне шепчутся, значит, правда. Знаешь, что они говорят?
– Что? – Переспросила Ева, зная, что Вероника все равно расскажет, раз уже начала.
– Что за нашими охотятся. Нападают в безлюдным местах, когда темно. И люди пропадают с концами – на связь не выходят, и тел не видно. Папа говорил, что у его напарника племянник так пропал, когда с работы возвращался. Жене домой позвонил, чтобы спросить, что в магазине купить, и исчез. А не говорят нигде, потому что сами не знают, что с этим делать. Ничего же не докажешь…
Вероника замолчала, прислушиваясь. Еве тоже показалось, что за ними опять кто-то идет. Переглянувшись, они ускорили шаг и не оглядывались, пока не дошли до остановки.
Ветер завывал в уши, кидал на лицо волосы, шелестел кронами и качал провода, отчего проклятый фонарь мигал от перебоев электричества. Все это время, пока они практически бежали до спасительного пристанища, Еве казалось, что она действительно слышит что-то, что за ними кто-то очень быстро идет. Краем глаза ей показалось, что она даже видит тень, из-за чего, она, не выдержав, все-таки обернулась. Вероника, вцепившись в ее рукав, с писком обернулась следом.
На них, испуганно отшатнувшись, вытаращилась дрожащая худая дворняга. Наверное, украдкой бежала за ними всю дорогу, в надежде, что ее покормят или погладят, но не решалась подойти слишком близко.
Ева возмущенно выдохнула и, перехватив Веронику за руку, повела под крышу остановки, чтобы спастись от ветра и кое-как поправить волосы.
– Вот видишь. Это всего лишь собака.
Подруга, пристыжено переминаясь с ноги на ногу, поджала губы.
– Нам просто повезло, что это собака…
Ева вздохнула и достала телефон, чтобы спросить, через сколько минут брат подъедет. Рассказы про местных маньяков вместе с волнением о предстоящей вечеринке с Никитой заставляли воспаленный рассудок настороженно реагировать на каждый шорох и во всем искать опасность.
– Ник, тебе еще обратно возвращаться, – Ева натянула вежливую улыбку и коснулась плеча подруги. – Может не стоит нас накручивать еще больше?
Та, вздохнув, проследила за собакой, которая, цокая когтями, пробегала через пока еще пустую дорогу под нарастающий шум мотора.
Машину брата Ева узнала сразу – красная натертая до блеска красавица с короной на сетке капота была видна издалека даже ночью. Ева с облегчением вздохнула и, сунув телефон обратно в сумочку, обернулась обнять подругу.
– Давай. Встретимся еще.
Вероника зарылась носом в ее спутанные волосы, приобняв.
– Расскажешь потом, как прошла вечеринка?
– Обязательно, – прошептала Ева и отстранилась, махая притормозившему около остановки автомобилю.
Исаак поднял на нее глаза, но в ответ не помахал. Обычно улыбчивый и общительный, сегодня он был без настроения и даже без своей привычной шляпы. Выкрашенные в пепельный и уложенные в прическу волосы, обрамляли бледное лицо так же, как и обычно. Однако отсутствие улыбки и поочередно стучащие по рулю длинные наманикюренные коготки, которые он делал для схожести с вампиром, выдавали его с головой – что-то случилось.
Ева еще раз помахала Веронике, без остатка прежнего энтузиазма и подошла к машине, чтобы молча юркнуть на переднее пассажирское сидение рядом с братом.