От осознания последнего мне стало плохо… Я тяжело опустилась на скамейку, и просидела на ней почти до рассвета. Мне было тошно и одиноко, мне было грустно и ооочень обидно… Я плакала, без рыданий и завываний, тихо но очень горько…
- Я не хочу так! Верните меня обратно! – заорала я в небо… Но мне никто не ответил…
Никто не послал сигнал, никто не шепнул потерпи всё наладится… Никто…
Я встала и пошла, туда куда несли меня ноги… Я даже не задумывалась куда иду пока не пришла к своему старому дому, поднялась на третий этаж и поняла что я стою на пороге моей бывшей квартиры, с которой я бежала однажды без оглядки от алкашей родителей, смотрю на обитую коричневым дермонтином дверь… И понимаю, что-то тут не так…
А не так было то, что в квартире была тишина, возле двери не воняло водкой и бомжами, а сама дверь была заклеена желтой лентой с надписью «Полиция».
- Лера?
Погрузившись в себя, я не услышала как открылась дверь и появилась моя всезнающая соседка-бабуля Маня.
- Бабушка Маня…
- Ой Лерочка! Как хорошо что ты вернулась домой, а то полиция прямо с ног сбилась разыскивая наследницу квартиры?
- Наследницу? – как робот повторила я.
- Да! Ой да ты ж не знаешь! Но ты это! Заходи ко мне, сейчас и полицейским сообщим, и я тебе расскажу всё.
Ничего не слушая более, меня втянули за рукав в квартиру рядом, усадили за стол, налили чаю и рассказали…
- Спились совсем твои родители… Беда прямо! Так пили, так ругались, я уж устала полицию вызывать на их пьяные крики и разборки, а однажды они упились и вовсе, почти 3 месяца назад, и так подрались! Так дрались! И волосы даже повырывали друг другу, а потом оступились да так и полетели сцепившись вниз по лестнице. Шею свернули оба. Врачи сказали мгновенная смерть.
- Баб Маня. А Вы и вправду меня узнаете? – я ведь совсем другая, не та что жила на земле, я не та Лера которую знает баба Маня.
- Ой ну скажешь такое! Конечно та! Волосы ты только зря свои под крону дерева покрасила. Хе-хе! Но то такое, мооода! – поднимает палец вверх.
- Угу… А что же мне?
- А что тебе? Я что ли не знаю как тебя горемычную гнобили родители? Отож! Так что квартира твоя по закону, вот полиция все передаст, а там станешь заново жизнь строить…
- А мои сестры?
- А они сказали что ты вернешься, сама и распорядишься имуществом.
И полиция передала, все передала, и заключения из морга, и свидетельства о смерти, и ордер на квартиру и документы мои тоже вернули… Как так? Я ведь умерла тогда! Или нет?
- Что же мне теперь делать?
Спросила я пустоту квартиры, родители пропили всё, не осталось даже плиты и ложки, только душевая да унитаз, даже без дверей… И всё! Голые стены с ободранными обоями…
Пустота мне не ответила… А слёз больше не осталось…
Мне не оставили иного выхода…
Через неделю скитаний по городу, питания у бабы Мани, и получив счета с бешенными долгами по квартплате… Я поняла, пора искать работу… Либо… В петлю и здравствуй вечность! Я не хотела жить… Мне было дико и одиноко в этом мире, он стал мне чужим… Но что-то, что-то меня не пускало, не давало поставить на себе крест и затянуть петлю на шее, что-то упорно толкало меня работать, жить, действовать и ждать…
И я покорилась… Нашла работу, как ни странно просто устроившись на заправку администратором, спустя пол года оплатила долги по квартире, купила матрас и плиту, пару кастрюль и тарелок дала баба Маня. И существовала далее…
Мои волосы не брала ни одна земная краска, но, зато отбоя от противоположного пола у меня не было…
- Вау какая краса, и в таком курятнике. – заявил довольно приятный голос.
- Замечу что кур у нас нет, кроме тех что катаются на вертеле гриль, а посему курятника я не вижу, но за красу, спасибо.
- Да что Вы мэм, как можно такую красотку да в таком месте оставить. Бензин, шум, вонь, гам, куры и те жаренные! А Вы… Я прямо не могу пройти мимо такой очаровашки…
Тип явно издевался, но говорил это так беззлобно, что я не смогла не улыбнуться…
- Вы шут.
- Да, да! – оживился очень симпатичный парень - Именно так меня брат и называет! И еще лупит меня бедненького безбожно и стонет целыми днями что нет ему жизни без его Алиры, и ах и ох, и кабы я здох! – картинно махает руками мужчина.