Телефон.
Это был портативный телефон. Из его ручки торчала маленькая штыревая антенна, а в корпус был ввинчен большой аккумулятор.
Когда она повернула выключатель, замигал крошечный желтый огонек, и кнопки засветились. Раздались гудки, когда она набрала 911.
Она прислушалась, тяжело дыша. Ничего не произошло.
- Черт возьми! - взвизгнула она.
Она никогда не пользовалась таким устройством. Это не было похоже на сотовый телефон. Она нащупала трубку, услышав шаги, доносящиеся из гостиной. На верхней кнопке загорелся сигнал "ОТПРАВИТЬ".
Прежде чем она успела нажать на нее, она закричала, приподнялась, ее подняли за волосы. Пятка босой ноги Жиля ударила по телефону, и черный пластиковый корпус треснул.
- Ты не понимаешь, - его голос с акцентом был спокойным и мягким. Ее затылок пронзила боль. Она резко обернулась. - Вероника, пожалуйста...
Она поднесла нож к лицу Жиля. Лезвие рассекло одну щеку и вышло из другой.
Он напрягся и отпустил ее. Он молча поднес руки к залитому кровью лицу и уставился на нее. Казалось, этот взгляд бросал ей вызов. "Я не могу причинить тебе боль, да?" - подумала она.
Затем она снова сделала выпад.
- Пожалуйста, не надо, - взмолился он.
И вонзила нож в левый глаз Жиля.
Он стоял, содрогаясь. Кровь каскадом потекла по его груди, но он не упал. Его правый глаз был устремлен на нее, а в левом торчал нож для разделки мяса.
А затем, с решительным спокойствием, он медленно вытащил лезвие. Прозрачная жидкость потекла по его щеке. Звякнул нож.
- Пожалуйста, Вероника. Я не причиню тебе вреда.
Она снова закричала, это был высокий пронзительный звук, когда чья-то рука обхватила ее за горло. Внезапно она начала брыкаться, сбитая с ног.
- Он не причинит тебе вреда, - очень мягко сказал Марзен. - Но я это сделаю.
Хватка большой руки немца усилилась. Вероника поперхнулась. В воздухе она, казалось, парила, но вскоре ее движения стали слабеть.
На нее смотрело лицо Марзена. Пустое. Безжалостное.
"Я мертва", - успела подумать она.
Рука перекрыла приток крови к мозгу, и она погрузилась во тьму.
ГЛАВА 33
Всю дорогу домой ее мысли были в тумане. Она прочитала "Синод аористов" целиком, том черный, как деготь. Казалось, что образы из него, словно призраки, смотрят на нее с заднего сиденья. Когда она увидела зеленый указатель на выезд - Исторический район, следующий поворот направо, - она чуть не заплакала от облегчения.
Машины Джека у дома не было. Она проехала по Черч-Серкл, пытаясь слушать радио. На станции играла группа Strange Boutique.
"Никогда не отказывайся от того, что могло бы быть правдой", - с прекрасной грустью посетовала певица.
"Как много я упустила?" - задалась вопросом Фэй.
Она не стала настаивать на ответе.
Она все еще была в замешательстве из-за прошлой ночи. Стало ли Джеку с ней лучше или хуже? Прямо сейчас она задавалась вопросом, знала ли она что-нибудь вообще.
"Большой брат наблюдает за тобой", - гласила надпись в стиле Оруэлла на витрине книжного магазина.
Фэй припарковалась на стоянке за "Подземельем", неосознанно оглядываясь по сторонам. Ожидала ли она, что там поджидают дьяволы? Аористы в черных одеждах держат в красных руках дары?
"Баалзефон наблюдает за тобой", - подумала она.
Существовал ли на самом деле дьявол? Фэй не верила в дьяволов, только в тех, кого человек создал из своего собственного несовершенства. Но аористы были так же преданы истине, как и христиане, и избегали исповедовать одну и ту же веру в разных богов. Кто мог бы сказать, что их деяния были чем-то хуже крестовых походов, устроивших резню во имя Иисуса, рыцарей-тамплиеров, принуждавших к обращению в христианство под угрозой меча, и бессмысленных пыток Святой инквизиции? Человечество стремилось к истине, даже толком не видя ее. Действие за действие. Зло за зло.
Она торопливо пересекла посыпанную гравием площадку. Ей нужно было побыть среди людей, среди жизни. Может быть, ей стоит напиться и забыть обо всем. Облегчение охватило ее, как только она вошла в помещение. Люди, разговоры, смех. Крейг умело наливал четыре бутылки пива из четырех разных кранов одновременно. Этот переход от мрачного уединения ее исследований к этой переполненной людьми реальности заставил ее почувствовать физическую легкость.
- Чем я могу быть тебе полезен, Фэй? - спросил Крейг.
- Только воду, - сказала она.
Бармены умеют настоять на своем. Крейг принес ей бутылку того же крепкого немецкого пива, которое она пила вчера вечером.