- Чушь собачья, - ответила Вероника.
- Вы не знаете, что делать, - признался он. - Значит, ваш сон подсказал вам ответ. Ваш сон показал вам ответ.
- Сон ничего мне не показал, - возразила она. Казалось, ее характер начал пульсировать, проверяя себя.
- Сон - это ответ, Вероника. Фигура Джека на самом деле не Джек, это символ любви из вашего прошлого, символ смерти.
- Это значит, что мое прошлое мертво, - скорее заявила она, чем спросила, чтобы подчеркнуть свой сарказм.
- Точно, - сказал он.
Вероника ухмыльнулась.
- Но вы не хотите признавать этого. Это заставляет вас чувствовать вину, потому что, разорвав с ним отношения, вы причинили ему боль. Общество учит нас не причинять боль людям. Когда мы причиняем боль людям, мы создаем негативное отражение самих себя. Вы считаете, что именно эгоизм вынудил вас порвать с Джеком. Прав я или нет?
Вероника сглотнула.
- Вы правы.
- Вас учили, что эгоизм - это плохо. Вы разорвали отношения из-за эгоизма. Следовательно, вы плохая. Таково ваше осознанное представление обо всем этом испытании.
- Ладно, может, и так! - теперь ей удалось повысить голос. - Может, я и плохая! Может, я просто эгоистичная сука, которая срет на всех людей! Ну и что?
Хоронос откинулся на спинку стула и улыбнулся.
- Теперь мы кое-чего достигли.
Но Вероника и слышать об этом не хотела. Она быстро встала и наставила палец, как пистолет.
- Я знаю, что вы собираетесь мне сказать, черт возьми! Вы собираетесь нести мне какую-то эгоистичную чушь вроде того, что настоящий художник должен быть эгоистом, чтобы создавать настоящее искусство! Вы собираетесь сказать мне, что искусство - это вершина культуры, и единственный способ достичь ее - полностью игнорировать других людей, и это нормально - игнорировать других людей, потому что искусство важнее!
После ее вспышки гнева воцарилась полная тишина. Она задрожала перед ним, ее лицо покраснело от жара.
- Я не собирался говорить вам ничего подобного, - ответил он. Он казался вялым, даже удивленным. - Сядьте обратно, мисс Полк. Возьмите себя в руки, и мы сможем продолжить.
Вероника заняла свое место напротив. Ее сердце снова забилось спокойнее.
- На самом деле, мы говорим о концепции и неправильном представлении. Искусство - это окончательное доказательство превосходства человечества, а не политика, не кормление бедных и не избавление мира от ядерного оружия. Это всего лишь механика. Совокупность составляющих всего человечества, все, чего мы достигли с тех пор, как создали первое колесо, - это то, что мы создаем, чтобы символизировать то, кто мы есть.
- Какое отношение это имеет к концепции? - возразила Вероника.
- Все, - сказал он. - То, что вы считаете эгоизмом, вовсе не эгоизм. Это правда.
- Правда? - спросила она.
- Вы разорвали отношения с Джеком в погоне за своим внутренним чувством правды. Вы думаете, что это был эгоизм, потому что не до конца понимаете себя. Это правда, мисс Полк, а не эгоизм.
Она чувствовала себя измотанной, размышляя о его эпиграммах. Она чувствовала себя так, словно ее по ошибке разобрали на части и собрали заново.
- Вы сделали именно то, что должны были сделать, чтобы сохранить самый важный аспект истины. Вы уничтожили то, что было ложью. Это то, что пытался сказать вам ваш сон.
Вероника, замерев, смотрела на него.
- Когда огненная фигура вошла в ваш сон, - продолжал Хоронос, - вы сначала испугались. Когда он коснулся вас, вы закричали, хотя и признаете, что это были крики экстаза. Я даже осмелюсь сказать, что от прикосновения огненной фигуры вы достигли оргазма. Прав я или нет?
- Вы правы, - признала она, и это признание далось ей без колебаний.
Присутствие огненного любовника наполняло ее сексуальным предвкушением, оба раза она видела сны об этом. И когда он коснулся ее, она кончила.
- Итак, что мы выяснили? - спросил он. - Что вы не эгоистка, а предана правде. И во сне Джек существовал как символ вашего прошлого, - Хоронос поднялся со своего места. - Фигура пламени - символ вашего будущего.
Теперь она чувствовала себя просветленной, но в то же время пребывала в замешательстве. Внезапно ей захотелось умолять его, этого доктринера, этого ученого, который проник в смятение ее души и показал ей самый многообещающий образ ее самой. Она искала на ощупь, безмолвная, беспомощная.