Лидия после этого не видела его двое суток. Она лишь наблюдала, как к окну спальни подлетают курьеры-мотыльки с опасной, официально запрещённой пищей в виде огромной круглой лепёшки и кучей плоских канцерогенных сгустков на ней. В конце концов Леонид покинул своё «бунгало» и сообщил Лидии, что отказывается жить в технократическом мире. Он несколько дней подряд творил невообразимое буйство: заказал контрабандой запрещённый этанол, после употребления которого включал какие-то медленные завывания на телепанели, а потом принимался противно подвывать им в такт, периодически вытирая растёкшиеся по щекам слёзы.
Лидия тогда поняла, что лёгкой семейной жизни у неё не будет. Впрочем, от свадьбы с Леонидом это понимание её не остановило, и в день «X» пара обзавелась брачными чипами, заключив контракт на оплодотворение Лидии Леонидом. Активные связи в попытках зачать ребёнка с подходящими особями, поддерживаемые правительством, не увенчались успехом ни у Леонида, ни у Лидии. Но официальный брак позволял воспользоваться пятью попытками экстракорпорального оплодотворения. И, о чудо, Леониду и Лидии удалось обзавестись двумя потомками! Обычно парам не удавалось обзавестись и одним.
— Опять про свои запчасти. Мы больше не размножаемся, алё-гараж! Кому запчасти-то клепаете? - завопил генератор речи Леонида, «выдернув» Лидию в гнетущую реальность из приятных воспоминаний.
— Лёня, перестань жаргонировать на доисторическом. Ты пугаешь детей, - высказалась по этому поводу Лидия.
— Дети, вы боитесь? - спросил Леонид у сидящих за столом отпрысков.
После отрицательных кивков детей он сложил из металлических пальцев дулю, показал Лидии, развернулся и пошёл наверх.
***
Ночью Лидия практически не спала. Тревожные мысли заставляли её то и дело возвращаться в прошлое.
«Где мы свернули не туда? Почему всё так получилось?»
Эти мысли, словно неизведанный вирус, заполонили её сознание. И почему она раньше не думала о таком? Островок кожи на руке безумно чесался, и Лидия боялась сорвать его в попытках успокоить зуд своими твёрдыми и холодными металлическими пальцами.
— Избавься уже от него. Он сводит тебя с ума, - раздался металлический шёпот из генератора голоса Леонида.
Но Лидия не могла от него избавиться. Этот почти безжизненный клочок кожи был её связью с той, настоящей собой. После замены органов малого таза и щитовидной железы Лидия постепенно перестала отождествлять себя с женской особью. А что оставалось у неё от особи человеческой? Этим вопросом она нередко задавалась, удивляясь тому, как Леониду удалось сохранить своё естество. Может быть и ей надо было читать эту странную штуку под названием «Бумажная книга», на которой почти стёртыми, еле различимыми буквами было написано слово «Достоевский» после букв «Ф» и «М»? Она усмехнулась внутри себя, подумав, как же смешно выглядели ранние люди, перебирающие пальцами тонкие листки с напечатанными на них буквами.
Вот она, вечная жизнь, которой тридцать лет назад так грезило человечество. Лидия прекрасно помнила, как по телевизору показывали первые железные печень, почки, сердце. Когда заменили лёгкие счастью людей не было предела. Теперь можно было избавиться от ненавистных респираторов и гулять на улице столько, сколько вздумается.
Все тогда как с ума посходили от счастья. Все, кроме Леонида. Он, и ещё пара дюжин последователей постромантизма начали собираться в «стаи», устраивать митинги, вести противотехнологическую пропаганду. На это все остальные только пальцем у виска крутили и смеялись. Даже власти не предпринимали никаких действий, чтобы остановить так называемых экстремистов. В итоге мини-группировка Леонида и его последователей развалилась.
«Ну кто откажется от новых лёгких? И отказались бы сейчас?» - подумала Лидия и грустно усмехнулась.
Она была уверена, что Леонид отказался бы. И отказывался до последнего, пока она не начала манипулировать детьми. Да, она знала, что это старый токсичный приём, практикуемый ранее в семьях, о которых так любил читать Леонид в своих бумажных носителях информации. Ей пришлось прибегнуть к этому приёму ради спасения жизни супруга. И, видит подсознание, это спасение принесло им несколько лет бесцельной, скучной, утопической жизни.
«Так ли нужно это бессмертие?»
Лидия поднялась с постели и спустилась в холл. Уже через полтора часа дети и муж встанут рядом с ней и будут смотреть на восходящее солнце. Этот ритуал они проводят уже полгода, и это их единственная радость, ради которой каждый из них просыпается утром и засыпает вечером.