Анна приводила молодых мужчин на виллу и с упоением выслушивала хвалебные оды своему увяданию. Каждый из этих мужчин непременно рассказывал, как хорошо она выглядела. А потом добавлял: «для своих лет». Это и становилось роковой ошибкой ухажёра, которому было суждено остаться кровавым пятном на зашарпанном паркете её виллы. Одно неверное слово, один не понравившийся ей взгляд, и лёгкое танго под романсы 50-х в окружении выцветших картин знаменитых художников изящно превращалось в предсмертную агонию.
Она представляла себя вампиром из старинных фильмов – таким же манящим, красивым и опасным. Её утончённые пальцы были для бывших кавалеров произведениями искусства. О, как часто мужчины замечали их изящество! Поэтому именно пальцы стали её орудием.
Острая серебряная накладка на ноготь правого мизинца Анны искусно впивалась под её управлением в сонную артерию того, кому повезло дополнить коллекцию кукол в подвале обветшалой виллы. Она завершала карьеру антиквара так, как никто другой! От осознания этого по её телу проносилась лёгкая дрожь, гипертрофируя в ней чувство собственного превосходства.
Что может быть приятнее этого чувства?
Только держать за голову умирающего мужчину, осознавая себя повелительницей упадка, вершительницей судеб, самой Смертью. Держать за голову и медленно отходить назад, лишая опоры его содрогающееся тело. А потом выпускать наружу из недр больного разума ту самую Анечку, лежащую на скрипучей кровати, и плакать – плакать навзрыд, обнимая медленно холодеющее тело. Дышать вязким, приторным запахом сворачивающейся на старом паркете крови. И понимать, что ничего уже не вернуть.
Но цветы Анна никогда не срывала. Цветы должны расти, питаться солнцем и дождевой водой, радуя её своей красотой как можно дольше.
Ведь они никогда не скажут, как хорошо она сохранилась «для своих лет».
Неисправность системы
Полдень уже вступил в свои права, тепло улыбаясь горожанам яркими лучами солнца. София вышла на крыльцо и увидела умилительную картину в просветах между шторами на окнах соседнего дома: семья из мамы, папы и сынишки лет пяти праздновали День рождения последнего. На их головах были красочные картонные шапочки конической формы. Мать держала в руках красный торт с фигуркой спортивного автомобиля. Она наклонилась перед мальчиком, и тот сначала как следует надул щёки, а спустя несколько секунд сдул их, направив поток воздуха прямо на свечи, чем прекратил игривые колыхания огоньков.
— Как мило, - сказала София, наигранно улыбнувшись.
Она зашла в дом и направилась на кухню.
В просторной кухне было чисто, как в операционной. Интерьер в стиле модерн дополняли хай-тек атрибуты. Квадратный робот-служитель стоял возле светло-серой мраморной столешницы на металлических палках и нарезал другими металлическими палками овощи; над каждым предметом бытовой техники, словно грозовое облако, повисло табло с информацией.
«Портативный изготовитель кофейного напитка. Модель 1C98O4H. Состояние: Бездействие. Заряд батареи: 86%».
Прозрачный стол из декоративного стекла украшали ваза с фруктами и небольшой горшок с вечнозелёным колючим растением.
Возле стола, с улыбкой напевая знакомую мелодию, суетилась мама.
Она заметила Софию и поспешила пригласить её к столу. Когда девушка отказалась от трапезы, мама нахмурила брови и произнесла:
— Сбалансированный своевременный завтрак – основа здорового пищеварения, юная леди.
София пропустила слова матери мимо ушей и поднялась на второй этаж, где зашла в свою комнату и завалилась на узкую кровать, застеленную белым махровым покрывалом. Напротив кровати встроенный в стену экран транслировал атрибуты счастливой жизни: уютный пляж на морском берегу, на фоне которого крупным планом мелькали улыбающиеся людские лица. Улыбающиеся настолько широко, что это напомнило Софии оскал разъярённой собаки, готовой наброситься на тебя и впиться своими острыми белоснежными клыками прямо в ляжку.
«Красивые крепкие зубы – основа здорового пищеварения. Поэтому скорее запишите телефон нашей стоматологической клиники», - донеслось из многофункциональных колонок.
По экрану то и дело «гоняли» рекламу. С тех пор, как запретили трансляцию фильмов, посмотреть можно было лишь тупые ток-шоу и рекламные ролики, подобные этому, на которых люди выглядели до безумия фальшивыми вместе со своими нереалистичными улыбками. Но выключить экран было нельзя.