По сердечному ритму Маршан загодя определил, когда Люк кончит. В кузове запахло спермой, в гробу стило, Люк блаженно заснул. Вампиры практически бесплодны. Шанса забеременеть от вампира, у человека нет. А вот у вампира и другого вампира такой шанс присутствует. Минимальный и скорее в виде исключения, но он есть. Редкость, но тогда ребенок получается невероятно сильным. Таким, как Маршан. Ему почти полторы тысячи лет и он самый старый вампир на планете именно потому, что является плодом союза двух представителей его расы. Его мозг устроен иначе и безумия, присущего старым, но все-таки обращенным вампирам, можно не опасаться. А вскоре он приобретет полное бессмертие. Он станет демоном! Демона тоже можно убить, но сделать это очень сложно. Он не будет бояться солнечного света, сможет менять форму с легкостью мысли, и даже более того, вообще лишиться формы! А попробуй убить ядовитый туман, пробирающийся в легкие, разлагающий их; или сгусток воды, что обволакивает тело и повышает давление внутри до тысячи атмосфер; или огненный столб, что просто испепелит любого! И вот он, невероятно мудрый и сильный, смотрит на гроб Люка с презрением. Маршан прекрасно понимал, что происходит с Люком и ликовал, что это случилось уже в самом конце, а не на середине их союза. Скоро он будет ему не нужен. Да, собственно, он уже не нужен. Девятнадцати почти полных вампиров хватит для превращения с лихвой. Если уж честно, достаточно и десяти. И, тем не менее, Маршану очень повезло с Люком. Озлобленный на женщин, тот не позволял себе влюбляться. Он унижал женщин, делал рабынями, а потом бросал, заставляя страдать от любви. Но вот любовь закралось и в его сердце. Маршан уже проходил через это. Не один и не два бывших слуги пытались сбежать с возлюбленной. Сначала Маршан их просто убивал, но одному однажды позволил сбежать. А потом встретил через пятьдесят лет и узнал, тот расстался с девушкой вскоре после обращения. Причем, расстался ради другой. Но потом ему надоела и эта, и другая, и третья… Через годы бывший слуга сошел с ума, его сердце разбилось окончательно, так, что не собрать не склеить. Перед высшим предстал настолько жалкий тип, что Маршан его даже побрезговал выпить — просто убил. Да и сам Маршан когда-то любил и даже был женат. Его брак продержался почти сто лет, прежде чем жена обезумела, и он выпил ее. С нее как раз начался путь от простого вампира к высшему. Она была первой, поэтому в черном сердце Маршана все еще горел огонек той прежней любви.
Поэтому Маршан решал, оставить Люка и Жанну в живых, или выпить любовников. Пока второй вариант предпочтительнее. Люк очень силен, он станет отличным завершением превращения. К тому же, убить его давно хотелось. Маршан улегся в гроб, завтра он будет дома.
Глава 21
Как и засыпала, Жанна проснулась с мыслями о нем. Да и во снах Люк царствовал безраздельно. Тело болело, она еще больше похудела, а суть восстанавливала недостающий кусок мучительно. Но все это неважно, ведь сегодня она встретится с ним! Жанна оделась и, даже не позавтракав, пошла на улицу ловить такси. Проснулась она поздно — в десять часов — пока машина довезла к подножью горы, где высился собор Святого Вита, часы показали половину одиннадцатого. Она раньше никогда не бывала в Праге, но красота местной архитектуры ее не занимала. Она взошла по многочисленным ступеням, десятки арок пропустили ее сквозь себя, и, наконец, костел поприветствовал Жанну мрачными зеленоватыми стенами.
Конечно, парижские или римские соборы ничуть не хуже, но Святой Вит выделяется даже на их фоне. Со стороны он казался страшной крепостью темного властелина. Сотни башенок дерут безоблачное синее небо, черные разводы причудливо перемешиваются с серым и зеленым цветом, давят на мозг, погребая величием веков. Как-то робко, Жанна отстояла очередь вместе с туристами и вошла внутрь. Камень пражских мостовых еще не нагрелся, а в соборе так и вовсе прохладно, но ее бросило в жар. Для встречи с Люком еще рано — тот должен прийти только минут через сорок, и Жанна принялась бродить под высокими сводами, любуясь изысканными иконами и витражами из цветного стекла. Мозаики и серебряные статуи потрясали, гигантский зал ненадолго выветрил Люка из головы.