Глава 7
— Ты че сказал? — спросил у Вани тот, что держал дверь в туалете. — Да я тебя сейчас урою!
И он побежал к нему. Ваня спокойно считывал его формулы. Две двойки полетели к Ване, а он сам потерял тройку. Ваня просто выставил вперед кулак, хулиган, поскользнувшись, полетел лицом прямо на сжатую пятерню. Ваня услышал, как сломался нос, и пусть правую ладонь пронзила боль, улыбнулся.
— Ты че, страх потерял? — сказал Вовка и пошел к нему. — Деня, ты чего? Вставай!
Но Деня потерял сознание. Впрочем, очень скоро это сделал и второй друг Вовы. Дядя Митя, работающий в этом дворе дворником, действительно забыл посыпать песком дорожки, Колян опять поскользнулся и упал. Правда, теперь не столь удачно — ударился виском и тоже отключился. Под ним расползлась маленькая лужица крови. Вовка слегка опешил. Ваня смотрел на него, не мигая, в глазах отражается блеск звезд, смешанный с безумием. Ваня не боялся, и Вова это почувствовал. Более того, он сам испугался Ваню. Тот стоит совершенно спокойно, только кулаки сжимаются и разжимаются.
— Ну что, Вовка, в рот возьмешь? Вон твои дружки что-то устали. Так может, ты за них отработаешь?
Такого Вова стерпеть не мог. Он заревел и бросился на Ваню. И естественно, тоже поскользнулся. Его вероятности медленно перетекали к Ване, который стоял твердо, хоть асфальт покрыт отполированной наледью. Мальчик подбежал к Вове и ударил ботинком по лицу. Ботинки Ване купила бабушка на барахолке — кирзовые, тяжелые, обшарпанные но очень крепкие; удар получился сокрушительным. Вовка попытался встать, но руки скользнули по льду, лицо вновь ударилось, теперь об лед.
— В рот возьмешь?! — заревел над ним Ваня.
Он бил и бил врага, его формулы окрасились красным. Внезапно Ваню окатило приятной теплотой, он отошел поверженного хулигана. В голове зашумело. Его формулы сложились в невиданных доселе последовательностях, с крыши дома сорвался кирпич. Он уже давно расшатался, легкого дуновения ветерка хватило, чтобы он полетел к четырем мальчикам внизу. Скинув кирпич, ветер помог ему упасть правильно. Вовка распластался не совсем, где надо, кирпич спикировал, еще секунда, и обожженная глина проломит череп, расплещет мозги по льду и снегу, но тут…
Тишину разорвал выстрел, кирпич разлетелся на сотни осколков. Один попал Ване в щеку, оставляя неглубокий порез. Инквизитор, наконец, вмешался. В следующую секунду Андре схватил мальчика за шкирку, бросил на землю. Ваня не понимал, что случилось, он вообще плохо помнил события с тех пор, как встал с лавочки. И как получилось, что над ним стоит незнакомый мужчина с длинными волосами и вытаскивает из-под плаща огромный пистолет? Дуло пистоля уставилось на него безжизненной темнотой смерти. Ваня заплакал.
— Я не виноват. Он первый начал… — сказал Ваня плаксиво. Рука с пистолем дрогнула.
Перед инквизитором валялся маленький испуганный мальчик, всего лишь минуту назад метнувший уже свое второе треклятье. Хорошо, что хоть это вышло относительно слабым, Андре удалось его погасить. Но инквизитора все равно мутило, сознание лишь чудом не ушло. Благо, учитель Решар так натаскал Андре, что он смог разнести кирпич, даже в полуобмороке.
— Отдай ему то, что взял! — крикнул Андре Ване.
Инквизитор плохо соображал, что говорит и почему это говорит, но мальчик, похоже, понял. Андре почувствовал, от Вани потекло странное колдовство, Вовка поднял голову. Лицо в крови, нос превратился в сморщенный клубень, брови набухли, глаза смотрят на Андре и Ваню с ужасом. Причем Ваня казался хулигану определенно опасней инквизитора.
— Ты, — сказал Андре Вове, — растормоши своих друзей, и идите домой.
Сердитый взор инквизитора обратился на Ваню. По щеке мальчика течет кровь, под глазом едва виднеется фингал недельной давности. Картина отношений между ребятами прояснилась.
— И если я узнаю, что ты продолжаешь хулиганить… — сказал Андре и выстрелил в землю под Вовкиными ногами. Тот подпрыгнул, как в американских вестернах. — Ты меня понял?
— Да, — визгливо ответил Вовка.