Поработить наши сознания оказалось труднее. К тому же нас защищали толща каменной кладки и близость к энергетическому потоку силового экрана.
Но даже мы с Робаном, Иншабелем и Курвелом должны были погибнуть или поддаться жажде убийства в ближайшие секунды.
Как мне хотелось тогда, чтобы с нами была Елизавета или хотя бы кто-нибудь из Дамочек.
- Взрывай! Взрывай! - захрипел я.
У меня в носу и в горле второй раз за этот день полопались кровеносные сосуды.
- Мы же прямо у…
- Сделайте это, брат-сержант! Во имя Бога-Императора!
Взрыв вывел проектор из строя. По туннелю коллектора стремительно прокатилась взрывная волна. Казалось, мы обречены, но брат-сержант Курвел закрыл нас своим огромным, закованным в броню телом.
Это стоило ему жизни.
Я пообещал себе добиться того, чтобы его имя и память о нем были отмечены примархом Белых Консулов.
Когда проектор был разрушен, пустотный щит самоликвидировался, вырубив охранные системы дворца пронёсшимся по ним электромагнитным неистовством, а заодно отключив и разрушительное сознание Эзархаддона.
Исследование природы неприкасаемых позволило мне сделать вывод, что ментальные силы, вне зависимости от того, насколько мощными они являются, скорее всего основываются на электрической деятельности человеческого мозга и зависят от импульсов, проходящих между синапсами. Неприкасаемые каким-то образом заглушают эту деятельность, порождая тревожную и обезоруживающую пустоту, замедляя или блокируя естественные и фундаментальные процессы, происходящие в человеческом мозге. То есть именно по этой причине рядом с ними не действуют силы псайкеров и поэтому среди них так много неудачников. И в конечном счёте по этой причине они так пугают и раздражают людей, особенно псайкеров.
Мне удалось заставить старый пустотный щит породить краткую яркую вспышку «неприкасаемости».
И теперь, прокляни его Император, еретик псайкер Эзархаддон на время оглох, ослеп и потерял дар речи. Теперь он был в моих руках.
Глава восьмая
ЛОГОВО ЭЗАРХАДДОНА
ЛИКО-ПОБЕДИТЕЛЬ
ОСТАНКИ
Мы проникли на территорию дворца Ланж, перебравшись через стену. После взрыва щита в воздухе повис резкий запах озона, тлели аккуратно подстриженные фруктовые деревья и садовые оградки из лароэбура.
Вместе с Робаном и Иншабелем я побежал по гравийной дорожке, связывающей служебное и восточное крылья дворца. В саду за нашими спинами заметались лучи ручных и подствольных фонарей. Значит, Хелдан повёл своё войско в обход садовой террасы.
В доме было тихо и темно, электроснабжение отключилось из-за электромагнитного разряда. Ударной волной от взорвавшегося пустотного щита выбило двери. Теперь они лежали на мозаичном полу холла. На месте окон зияли дыры.
Фоторецепторы и установки климат-контроля, встроенные в полированные стенные панели из синего дерева, почернели и оплавились. В глубине коридоров клубился дым, мерцали огненные всполохи: богато обставленные комнаты второго этажа охватило пламя, когда от взрыва с потолка сорвались декоративные проментиумные лампы.
Мы проверяли помещения, расположенные по обеим сторонам коридора, и повсюду находили тела мёртвых слуг и отключившихся сервиторов.
Робан двигался впереди, поводя из стороны в сторону лазерным пистолетом.
- Сколько у нас времени? - спросил Иншабель.
- До чего?
- До того, как он оправится от импульса?
Я и сам не знал, насколько тяжело мы ранили Эзархаддона и насколько сильным было его сознание. Но в любом случае нам стоило поторопиться.
По этерцитовым ступеням мы поднялись на третий этаж и вошли в огромный банкетный зал. Свод - черепаший панцирь из высокопрочного стекла - обрушился. Высоко в небе потрескивали псионические грозы. Каждый наш шаг отдавался хрустом битого стекла и скрежетом обломков.
Здесь тоже лежали тела - трупы аристократов и их слуг. Из соседнего зала доносились звуки шагов и сдавленные рыдания.
У перепуганных людей перехватило дыхание от ужаса, когда лучи наших фонарей осветили их фигуры. Немногочисленные обитатели дворца, чудом пережившие случившееся, испуганно жались по углам. На телах многих виднелись следы псионических ожогов и телекинетические шрамы.
- Имперская Инквизиция, - твёрдым голосом произнёс я. - Успокойтесь. Где Эзархаддон?
Некоторые вздрогнули и застонали при упоминании этого имени. Пожилая аристократка в изодранном перламутровом платье свернулась в углу калачиком и заплакала.
- Быстрее, у нас мало времени! Где он?
Я хотел было применить Волю, чтобы заставить их дать ответ, но их сознания и без того были достаточно измучены событиями этой ночи. Даже незначительное ментальное воздействие могло убить многих из них.
- К-когда отключился свет, он побежал… побежал к западному входу, - произнёс окровавленный человек, одетый в нечто, что, по моему предположению, когда-то являлось униформой телохранителя Дома Ланж.
- Вы можете показать нам дорогу?
- У меня сломана нога…
- Тогда кто-нибудь другой! Прошу вас!
- Фрюа, пойдёшь ты. Фрюа! - Телохранитель обернулся к испуганному мальчишке-пажу, сидящему на корточках за колонной.
- Давай же, парень, покажи нам дорогу, - ободряюще сказал Робан.
Мальчик поднялся на ноги. В его глазах метался страх. Я не знал, кого он боялся больше - Эзархаддона или нас, инквизиторов.
Коридор, по которому нас повёл паж, шёл от банкетного зала на запад к взлётной площадке. Плиточный пол сплошь покрывали осколки стекла и пятна крови.
Мне показалось, что я кожей ощутил дуновение ветра. Возможно, где-то впереди был выход наружу.
Тяжёлые, взрывоустойчивые двери в мрачный погрузочный док были выломаны. Несколько погрузочных сервиторов замерли в неуклюжих позах. Через открытый центральный люк пробивался тусклый свет.
Взяв оружие на изготовку, я махнул Робану и Иншабелю, чтобы они заходили справа. Мальчик-паж спрятался за дверями. Воздух вокруг нас начал меняться, словно атмосфера стала густеть и сжиматься. Как будто нечто огромное готовилось вздохнуть.