Также среди сообщений системы имелись длинные сводки об уничтоженных противниках и полученном опыте, о повышении репутации с подчиненными, явно впечатленными столь самоубийственной и при этом успешной атакой и наконец приятное — увеличение репутации с Единым до двадцати. Не знаю уж чем я порадовал Господа — победой или прочувствованной речью перед ней, но общий итог он оценил положительно. И то хлеб.
Итак, с сообщениями Системы я разобрался и теперь встал перед проблемой того, чем именно следовало заняться дальше. Вариантов имелось много. Можно было предаться отдыху, пообщаться с друзьями, раскупорив бочонок вина, можно посвятить время тренировкам, изготовлению зелий и прочим полезным делам… Однако предаться первому мне не позволит совесть, а второе вполне можно и отложить. А вот что отлагательств не терпит, так это один заказ. Нужно только найти хорошую компанию для путешествия. Например…
— Гвинед, а у тебя, случайно, нет желания потрястись в седле сотню лишних километров?
— Знаешь, до того как ты спросил, не было. И что удивительно — и сейчас не появилось, — ответил паладин.
— А если при этом ты скинешь обязанности командира на отца Клемента?
— Да что ж ты сразу не сказал? Когда выступаем?
— Немедленно!
Выдвинулись мы и правду вскоре. Потребовалось всего лишь отдать несколько распоряжений Клементу, которые сводились к тому, чтобы в быстром темпе вести армию в сторону родных земель, не вступая в боевой контакт с противником. В то же время мы Гвинедом сели на коней, я на одного из тех, что в результате битвы у брода лишился хозяина, и устремились в ту же сторону, но куда более быстрым темпом. Целью нашего путь стала Дальняя застава, поселение гремлинов. Ехать предстоял долго, что, учитывая недосып и усталость, обещало просто сказочные ощущения по итогу. И что же, по крайней мере в этот раз мои ожидания не оказались обмануты.
— Черт возьми, это была плохая идея! — простонал я, сползая с седла спустя полсотни километров пути.
— Ха! Плохая идея? Энквуд, думаю ты еще не до конца ее оценил. Вот подожди, через пару часов она покажется тебе еще хуже!
— О чем ты? — с подозрением спросил спешившегося паладина.
— Ну как же? А кто мне говорил, что тренировки пропускать нельзя? И если остановишься, то так и забросишь их насовсем… А ведь сегодня ты занятия пропустил… Так давай, бери в руки меч и вперед!
— Гвинед, ты что, издеваешься⁈
— Есть немного, — с довольной ухмылкой ответила эта сволочь. Однако, самым неприятным являлось то, что он был совершенно прав.
— Ладно, я согласен.
— Постой, ты сейчас серьезно?
— Я действительно давно не тренировался. Надо наверстывать.
В ответ Гвинед покачал головой и пробормотал что-то под нос, кажется там звучало «неужели все инквизиторы настолько ушибленные?», но, возможно, мне только послышалось.
Я сам принял стойку, борясь с раздражением. В голове бродили мысли о собственной глупости. О том, что такие издевательства над собственным организмом были совершенно не нужны. Вот только я уже принял решение, так что эти мысли были лишними и даже вредными. Стоило дать им отпор. В голове мелькнула одна идея, странная для меня прежнего, но почему-то показавшаяся правильной.
'Единый, очисть мой разум,
Придай сил,
В войне и мире веди…'
Слова проносились в сознании гладко и уверенно, выметая все постороннее. Разум прояснился и даже боль в ногах и пояснице словно бы отступила.
— Готов, — произнес, внимательно вглядываясь в противника.
Гвинед окинул меня острым взглядом, чему-то кивнул, а затем без предупреждения атаковал.
Чужой меч ударил из высокой позиции, целя в грудь. Шаг в бок и контратака, разбивающаяся о выставленный блок.
— Хорошо, очень хорошо! — довольно произнес паладин и принялся за меня с еще большим напором.
Больше никто ничего не говорил. Тренировка проходила в полном молчании, только шум дыхания и звон мечей нарушали тишину. На удивление, на этот раз у меня все выходило лучше, чем прежде. Осмысливая этот факт позже, я предполагал, что все дело было именно в усталости. Организм оказался настолько изможден отсутствием сна, поездками верхом и сражениями, что думать просто отказался, отдав все на откуп инстинктам и натренированным рефлексам. Которые меня не подвели. Не то чтобы благодаря этому я не подмел собой землю, но и поражение уже не казались столь позорными.