Кардинал рассмеялся. Сколько глупых суеверий хранит народ!
- Но никаких разных цветов у ней в глазах не было. Обычные серые глаза…
- Значит, обычные, - скептически хмыкнул Робер.
Андре мечтательно вздохнул.
- Не совсем обычные, монсеньор. Сказочно красивые! Но Вы запретили говорить про красоту…
Кардинал уже понял свою ошибку.
- Дальше, - буркнул он. - Что-нибудь особое в облике есть? Например, длинный крючковатый нос…
Гонец отрицательно помотал головой.
- Нос прямой, обычный...
- Не раздвоенный? - с усмешкой уточнил Робер.
- Никак нет, Ваше Высокопреосвященство! - гонец принял издевку за чистую монету. - И кольцо на пальце, - закончил он описание. - Простенькое, серебряное. А по центру - камень с выбитой на нем литерой.
- И это все ты рассмотрел издалека, когда заметил ведьму у колодца? - скептически изогнул бровь кардинал.
Андре отрицательно помотал головой.
- Ведьма покупала в нашей лавке хлеб, - пояснил он. - Пекарь, мой свояк, рассказал мне про кольцо.
Вдруг его осенило.
- Ох, горе пришло в Аржелье! Вода и хлеб отравлены, как в библейских притчах!
- В Библии не сказано ничего подобного, - машинально возразил кардинал.
Мыслями он был далеко, и точно не в гибнущем Аржелье. Скорее уж где-нибудь поближе к Жюстин. Вот и еще одно свидетельство…
- А что за буква была на кольце-то? - спросил Робер и со свистом выдохнул, когда гонец коротко ответил:
- J.
_______
29 Маленькая круглая слива золотистого цвета.
30 Горный массив близ Нарбонны, расположенный между городом и побережьем Средиземного моря.
31 Мюи - старинная единица объема жидкостей и сыпучих тел во Франции. Один мюи приблизительно равен 270 литрам. Здесь употребляется в переносном смысле.
32 Ливр - здесь: старинная французская мера веса. 1 ливр ≈ 0,5 кг.
Глава 5
Я обвиняю, женщина, тебя,
В отступничестве, черном колдовстве,
И наведении порчи в деревнях.
По воле Господа свершится правосудие!
Решив, что сенешаль обождет еще час-другой, Робер спустился в подвал Сен-Валери. Ему нужны ответы! Он должен получить их на все свои вопросы. Уже набралось много свидетельств, что Жюстин - ведьма! Слишком много! Но насколько им можно доверять? Нет, надо поговорить с узницей. Надо поставить точку и разрешить сомнения.
В руке Робер держал плеть.
Потому что ему нужны честные ответы! Если Жюстин и вправду ведьма, то это поможет в разговоре. Ведьмы хитры и коварны, и может статься, что правды без плетки не добиться.
Он отомкнул дверь камеры, где держали Жюстин, и вошел внутрь. Девушка радостно вскочила, но, увидев плеть, сникла. Ее прекрасные глаза непроизвольно наполнились слезами.
- Вы же обещали, монсеньор, - прошептала она обреченно. - Я ни в чем не виновата, никому не причинила вреда. Я помогаю людям, лечу их травами. Разве за это меня нужно наказывать? Пытать?
Робер с большим трудом совладал с волнением.
- Слишком много доказательств, что ты - ведьма, - прямо ответил он. Мне нужна правда. Как еще добиться честных ответов?
- Я не ведьма, - покачала головой Жюстин. - Не знаю, как можно это доказать. Могу дать Вам слово, монсеньор. Но если Вы так относитесь к собственным словам, то, наверное, и чужое будет не много для Вас значить…
Девушка всхлипнула.
- Я давал обещание, когда считал тебя невиновной, оклеветанной девушкой. Но ты явно не так проста!
- Конечно, - с горечью усмехнулась Жюстин, вытирая глаза рукавом. - Мои слова против слов Де Шабри, да? Я знала, что его рассказ устроит Вас больше, монсеньор.
Робер рассердился.
- Не только его! Почему парень, которого недавно убили, странным образом, в прощальной записке указывает твое имя, прямо обвиняя в своей смерти? Пишет, между прочим, что узнал твой ведьмовской секрет!