Кристоф серьезно кивнул. Зачем переспрашивать? Он же уже обещал и даже получил за это целое состояние, десять су! С другой стороны, вдруг этому монсеньору индюку, то есть кардиналу, потребуется помощь? В сам дом он, Кристоф, конечно, не пойдет, раз обещал. Но можно же покараулить на улице! И если кардинал позовет на подмогу из окна, то вот он, тут как тут! Робер уже скрылся в одном из переулков, выходящих на Замковую площадь, но это не беда! Кристоф мог назвать по меньшей мере три способа пройти отсюда до тайного дома господина Дюруа. Поди еще и раньше кардинала поспеет! Можно будет выбрать дерево поближе к окнам, залезть на него и устроить наблюдательный пункт… хотя нет, не стоит. Лучше остаться на земле.
С недавних пор Кристоф сильно невзлюбил лазанье по деревьям.
Робер тоже неплохо знал этот город и направился к сенешалю кратчайшей дорогой. На Нарбонну уже опустилась ночь. Над улицами и площадями взошла полная луна, так что недостатка в свете не было. Встречных прохожих было мало, и большая часть из них не внушала доверия. Конечно, в кардинале легко можно было опознать священнослужителя - хотя бы по сутане, хлопающей по ногам в такт быстрым уверенным шагам. Напасть на священника в темном переулке - грех, как ни посмотри! Но вдруг ему попадется неверующий, закоснелый во зле грабитель?
Кардинал достал из кармана стилет и ускорил шаг. До дома сенешаля осталось всего три четверти лье. Если мэтр Дюруа выполнил все, что написано в письме, которое Робер собственноручно отослал ему сегодня утром, то в этом доме у кардинала будет одно пока незаконченное дело. Глупо было бы погибнуть от кинжала какого-нибудь ночного разбойника в пяти минутах от цели!
Судьба Роберу благоволила: уже через несколько минут он стоял на крыльце дома Дюруа и изо всех сил дергал за шнур колокольчика. Отворивший дверь слуга безмолвно поклонился кардиналу и жестом пригласил его внутрь.
- Немой он что ли… - подумал Робер, проходя в большую залу, украшенную ценным деревом и десятком картин в массивных дубовых рамах.
Горящих свечей здесь было предостаточно! Если бы собрать их и раздать простым нарбоннцам, можно было б осветить целую улицу, а то и две. Верно, сенешалю была чужда идея кардинала жить скромно, даже аскетично.
Впрочем, обсудить детали интерьера можно и позже.
- Ваше Высокопреосвященство? - вставший из-за стола человек, полный, рыхловатый, рыжеволосый, на Дюруа ничем не походил. - Господин сенешаль прислал записку с просьбой явиться сюда не только мне? Как Вы пережили сегодняшнюю казнь? Я заметил, что это выбило Вас из седла… Возможно, стоило остаться сегодня вечером у себя, в Сен-Валери?
Кардинал расплылся в улыбке. Дюруа не подкачал!
- Епископ Де Шабри, - проговорил он со столь сложной интонацией, что даже искушенный слушатель не определил бы, обращение это к другу или же к смертельному врагу. - Сенешаль пригласил Вас сюда по моей просьбе.
- О, - Де Шабри отвесил легкий поклон. - Вам достаточно было дать мне указание явиться в Сен-Валери! Ваша скромная обитель расположена высоковато для моих ног, - епископ хихикнул, - но я бы не преминул подняться, если великий кардинал зовет меня.
Робер покачал головой.
- Моя келья - не лучшее место для такой встречи, - сказал он. - Тут нужна, как бы это сказать? Конфиденциальность.
- Ваш покорный слуга весь внимание!
Кардинал удовлетворенно кивнул.
- Скажите мне, Де Шабри, почему вы с Жюстин так сильно ненавидели друг друга?
Епископ удивленно воззрился на Робера.
- Ну это же очевидно, монсеньор! Я - служитель Святого Престола, великой католической церкви! Я не терплю ведьм и чернокнижников! А Жюстин… у нее тоже не было повода питать ко мне приязнь: это ведь я ее поймал и доставил вам для справедливого суда и казни.
Де Шабри отхлебнул вина из бокала, заботливо поданного немым слугой сенешаля.
- Ладно, спрошу по-другому, - покладисто проговорил кардинал. - Почему так ненавидели друг друга вы с Эквиллией?
Епископ закашлялся: очередной глоток вина попал не в то горло.
- С кем - с кем? - попытался пошутить Де Шабри, но, метнув быстрый взгляд на Робера, понял, что уйти от вопроса не получится.
- Мы… скажем так, у нас слишком разные взгляды на некоторые вопросы.
Голос Де Шабри стал заметно ниже, более хриплым. Кардинал невольно вздрогнул, узнав эти интонации. Он уже слышал их у епископа - в доме Жюстин.
- На какие? - коротко уточнил Робер.
- А ты умен, - одобрительно заметил Де Шабри, проигнорировав вопрос. - Жаль, что ты казнил эту ведьму. Спросил бы ее. Она бы ответила! Не сразу - так после ваших… - епископ, в котором с каждой минутой оставалось все меньше от смиренного служителя церкви, нарочно подобрал самое грязное, самое мерзкое слово для описания близости между мужчиной и женщиной и изрыгнул его, как отраву.