– Норин, ты? – удивился милиционер, заглядывая в окно.
– Я, – коротко отозвался Хранитель. – Где тут ближайшая церковь, знаешь?
– Да ты ранен!
Олег не слушал его. Внимание участкового притянула к себе разорванная пулей щека Бориса. Он еще не видел едва живой ведьмы в окровавленной рубашке, лежащей на соседнем сиденье. Девушка находилась в Тесиле, и пока Олег не обращал на нее внимания.
– Тебе надо в больницу!
– Черт с ней, с больницей. Где церковь, знаешь? Сейчас, даже сам того не подозревая, Борис уподобился Дайлане, запихнувшей его два дня назад в «ауди» и приказавшей возвращаться на хутор, даже не пытаясь ничего объяснить. Сейчас, как и тогда, каждая секунда стоила слишком дорого. Скоро усыпленные подис придут в себя, опомнятся и бросятся в погоню. Что будет дальше, догадаться нетрудно. Участковый вряд ли сможет помочь. Разве что смутить бойцов Тьмы выкриком «Вы арестованы».
– Знаю, – в замешательстве ответил Олег. – Километров десять…
– Отлично. Садись, покажешь дорогу. Хотя нет, лучше сам садись за руль. Так проще.
– Давай лучше…
Участковый покосился на свою машину, но Борис перебил его, даже не интересуясь, что хочет предложить милиционер. Любое его предложение было просто бессмысленно. А время уходило!
– Никаких «лучше»! Садись за руль! Это очень важно, поверь! Что смогу, расскажу по дороге, только дай мне немного отдышаться, – проговорил Борис, передвигаясь с места водителя и беря Дайлану на руки. Ведьма застонала, но глаза не открыла.
Олег раздумывал еще несколько секунд, очевидно, решая, не вызвать ли подмогу. Потом тихонько выругался себе под нос, произнес нечто вроде: «Черт меня дернул снова сунуться в это проклятое место!» – и сел за руль. Теперь милиционер заметил и Дайлану. Должно быть, находясь в непосредственном контакте с человеком, дарх либо перетягивал его в Тесил, либо сам переходил в Творение.
В данный момент Дайлана была без сознания и, взяв ее на руки, Борис без труда сделал ее частью людской реальности.
– Это что, та самая девушка? – спросил Олег.
Со зрительной памятью у него было все в порядке. Девушку-привидение, так неожиданно появившуюся на хуторе и еще более внезапно исчезнувшую, он запомнил хорошо.
– Она, – дал Борис очередной лаконичный ответ и приказал: – Поехали.
Олег, сам того не ожидая, подчинился. Было в голосе Бориса, в его интонации нечто, мешающее сказать «нет». Излишняя уверенность, что ли? Быстро набирая скорость, джип покатил по дороге.
– Так что же происходит?
Теперь Олег оказался на месте Бориса, задавая ненужные, как казалось Хранителю, вопросы. Не сейчас, чуть позже. Сейчас Бориса волновало совсем другое.
– Погоди, – отмахнулся он от участкового и одним сильным рывком разорвал рубашку на Дайлане.
Олег покосился на девушку, но промолчал, вновь переведя взгляд на дорогу.
Стараясь не думать пока о боли, раскаленной иглой жгущей разорванную щеку, Борис внимательно осмотрел Дайлану. Новых ран не было, и это немного утешало, ибо новые раны были бы нанесены серебром и стали бы смертельными для ведьмы. Кровоточили старые, открывшиеся уже в который раз. Когда Дайлана породила «Ментальный шторм», она вложила в заклинание всю свою жизненную силу, до которой только могла дотянуться. И полностью опустошила себя, совершенно не думая о последствиях. Или же, наоборот, слишком хорошо понимая, что творит, но пытаясь спасти Бориса. Теперь настала его очередь спасать ведьму. Он не знал, получится ли то, что он задумал, однако очень хотел надеяться на удачу. Это последнее, на что молодой человек еще мог рассчитывать в этом мире. – Только не умирай. Слышишь, только не умирай! – прошептал Борис, прикладывая ухо к груди Дайланы и пытаясь услышать робкие удары обессиленного сердца.
Он даже не заметил, как перешел на «ты», перестав воспринимать ведьму как некое древнее существо и глядя на нее, как на обычную беспомощную девушку, за которую он теперь в ответе.
– Ей, как и тебе, нужно немедленно в больницу, – снова попытался вмешаться Олег. «Сначала к хирургу, потом к психиатру».
– Поверь, в больнице ей делать сейчас нечего. Так что, позволь мне решать, куда ее везти, – жестко отрезал Борис, снова склонившись над Дайланой и шепча ей что-то на ухо, нежно гладя девушку по щеке.