— Тебе не надоело еще? — Иван прикрыл уставшие глаза. — Ты корчишь из себя идиота вот уже больше двенадцати часов без перерыва. Даже мне надоело, а ты все трудишься и трудишься…
— А что мне прикажешь делать? Сходить в психическую атаку плотными рядами и с песней? Воспользоваться случаем и объясниться тебе в любви? Так я тебя не люблю, извини. Я тебя не сильно огорчил?
— Как это место называется? — Иван взял, не открывая глаз, флягу.
В ней оставалась еще пара глотков. Можно было выпить сразу, а можно было оставить на ночь, которая обещала быть не менее жаркой, чем день.
— Это место называется… Сейчас оно никак не называется, а раньше, до Возвращения, его называли Тель Мегиддо, а что? У тебя есть по этому поводу пожелания или жалобы?
— Нет. Просто стало интересно…
— Интересно ему… Вот мне интересно, так интересно. Я, когда сюда собирался, получил от Муслима указания по месту встречи и тому подобному, отправился к шефу…
— К кому? — переспросил Иван.
— К нему, Ваня, к нему…
— Повадился ты что-то встречаться с Дьяволом. Раньше ведь он, кажется, тебя не так чтобы выделял. Ты же с ним трижды до этого встречался? Всего…
— Ни фига себе — всего! Знаешь, сколько там у нас… да и у вас, желающих с ним встретиться? Как наши тамошние карьеристы мне завидовали! Три раза — это не просто много, это до фига! А когда он меня снова вызвал, тут уж даже я офигел. Но и это оказалось ерундой по сравнению с тем, как у нас разговор пошел… — Круль сделал паузу, явно давая возможность Ивану выразить свое отношение или проявить любопытство.
Но Иван промолчал.
— Нет, ну так нечестно, — обиженным тоном произнес Круль. — Я тут пытаюсь скрасить наше угрюмое времяпрепровождение, разрываюсь в попытках развеселить и увлечь, а ты молчишь. Нет чтобы… ладно, самым ленивым и скучающим голосом сказать что-нибудь вроде: ну чего там у вас с ним произошло? Так нет, молчит, как галат на допросе. А ведь мало кто тебе еще расскажет о личных встречах с Дьяволом. Мало кто вообще с ним встречался, а чтобы так свободно трепаться на эту тему — вообще единицы. Я, например, таких вообще не знаю, кроме меня самого, естественно… Придурок!
Круль выстрелил одновременно с возгласом.
— Нет, ну не идиоты? — помолчав, спросил сам у себя Круль. — Ясно ведь, что ничего не изменилось, что я тут, и настроение у меня лучше не стало, и все равно лезут на открытое место. Издеваются, и больше ничего. Да. Так о чем это я? О встрече с шефом…
Солнце утонуло в горизонте до половины, тени стали длинными и почему-то извивающимися. Иван прищурился, пытаясь рассмотреть того, кто шевелился за танком, но ничего не увидел. Ладно, пусть шевелится сколько хочет, лишь бы не стрелял и на сближение не шел.
— Вот ты спросил меня, как эта территория называется, — продолжил Круль, не обращая внимания на отсутствие реакции со стороны Ивана, — и не проявил никаких эмоций, а Дьявол — ржал.
— Что? — удивленно спросил Иван. — В смысле?
— Нет, не прикидывался конем, а смеялся, — пояснил Круль. — Вначале так просто хихикнул сдавленно, будто увидел что-то неприличное, а потом прыснул и заржал уже в голос. Странное, доложу тебе, зрелище — смеющийся повелитель Бездны и князь Тьмы.
— Так он на человека похож?
— Ну… Не так чтобы совсем, но некая антропоморфность имеет место быть. Отдаленная, но тем не менее… Так я ему больше ничего и не сказал, стоял и тупо ждал, пока он отхохочет. С потолка сыплется пыль и пепел, стены дрожат, обслуга впала в ступор и вибрирует, а он хохочет и хохочет… А потом вдруг замолчал, стал серьезным и каким-то даже печальным и приказал мне убираться и помнить свои обязанности.
— Какие?
— Свои. Я и пошел. Времени почти не было, но я успел немного порыться в нашей библиотеке, там, старые путеводители, книги и все такое… — Круль снова замолчал и молчал до тех пор, пока Иван не сдался и не спросил: «И что?» — А ничего. Получается, что до Возвращения это место было одним из самых плодородных районов Святой Земли. Там сады, огороды, сезон дождей и четыреста миллиметров осадков. Вот ты скажи, похоже это на самое плодородное место? И, кстати, местность здесь была вполне себе ровная. Нет, на фотках есть холмы, такие пологие, приличные, сглаженные. Я, как сюда въехал, поначалу решил, что ошибся и не там свернул.
Из-за горизонта выглядывала самая верхушка солнца, тающий огненный сугроб. Желтый сегмент плавился и растекался по линии горизонта.
— Как думаешь, чего Дьявол ржал? — спросил Круль.
— А что, Дьявол не ржет? — поинтересовался Иван.