Шорох.
Осыпается песок. Ритмично так осыпается. Ш-шух, ш-шух… И с другой стороны холма — тоже. Ш-шух, ш-шух…
— Похоже, это за нами, — пробормотал Круль. — Может, постреляем?
— Может, — согласился Иван.
Он вернулся на свое место, лег и взял «шило».
— Не давай подойти! — громко сказал Круль.
Оптика на винтовках стояла неплохая, видно в темноте в нее было лучше, чем невооруженным глазом. Но, к сожалению, это был не ночной прицел.
Иван увидел темные силуэты. Даже не темные, какие, к свиньям собачьим, темные, если почти сливались они со светлыми камнями и почти белым песком. Если бы они не двигались, то и не заметил бы их Иван. Но они шли. Медленно, с трудом переставляя ноги, но шли.
Круль выстрелил первым.
— Попал? — спросил Иван.
— С ног сбил, — ответил Круль.
— Ты сам ведь говорил — в голову нужно, — засмеялся Иван и нажал на спуск.
Приклад стукнул его в плечо, силуэт, заполнявший прицел, качнулся и исчез.
Как же, в голову, сказал Иван. Попробуй тут различи.
Он перевел винтовку в сторону, нащупывая следующую цель, выругался, понимая, что, как бы медленно сейчас ни двигались ожившие мертвецы, с такой скоростью прицеливания он их перестрелять не успеет. Демоны умеют координировать свои действия, в этом Иван убедился.
Шли они широкой цепью, с интервалом в десять — пятнадцать метров. Или даже больше. Матерясь сквозь зубы, Иван поймал в прицел одного из них и выстрелил.
Тело дернулось, но продолжило движение.
Спокойно, приказал себе Иван. Спокойно. Не нужно психовать. Вдох — выстрел — выдох. Вдох…
Этому он в голову попал. Попал, успел заметить, как разлетелось в стороны что-то темное.
Следующий…
Они с Крулем все-таки прозевали начало атаки. Услышали шаги и шорохи, только когда покойникам до вершины оставалось метров пятьдесят. Хотя, засеки они мертвецов раньше, с какой дистанции смогли бы открыть огонь? Правильно, с тех же пятидесяти метров. Так что…
Иван не заметил, как расстрелял магазин. Нажав на спуск впустую, Иван потянулся за новым магазином, потом вставил его, дослал патрон, и тут оказалось, что покойники движутся не так медленно, как хотелось.
Иван вскочил на ноги. Оптика — вещь хорошая, но на близком расстоянии ни хрена она не помогает. Поймать в нее движущуюся цель — проблема. Особенно ночью, пусть даже цель и не прыгает из стороны в сторону, как спецназовец, а просто идет, раскачиваясь и спотыкаясь.
Теперь прицел только мешал.
Круль стрелял с небольшими интервалами. Хлоп-хлоп-хлоп-хлоп… И гильзы стучали по камням, отскакивая.
Иван стал стрелять от бедра, направляя туда, где темнота казалась чернее, где чудилось движение или слышался шорох.
Раз или два он попал — пули сочно ударили в тела. После второго выстрела Иван услышал даже треск ломающейся кости и шум падения.
Темнота сгустилась совсем рядом, запахло кровью, Иван выстрелил из винтовки, повернулся и снова выстрелил, услышав шорох у себя за спиной. Остаток магазина он разрядил, стреляя в темноту веером, переводя ствол после каждого выстрела в сторону.
Когда магазин опустел, Иван положил винтовку на землю — не бросил, а отчего-то положил аккуратно, чтобы не повредить прицел.
У них светятся глаза. Точно — святятся. Вон пара огоньков приближается справа. Движущиеся огоньки на фоне неподвижных звезд.
«Умиротворитель» прогрохотал, вспышка на миг осветила вершину холма. И ослепила Ивана. Перед глазами поплыли пятна.
И камешки заскрипели совсем рядом.
Иван ткнул пистолетом перед собой, ствол уперся во что-то упругое, Иван нажал на спуск. И еще раз. Так в голову твари не попадешь, но хоть что-то нужно было делать. Хоть что-то…
За спиной загремел пистолет Круля.
Вот, в общем-то, и все, подумал Иван, отступая назад и стреляя уже наугад, ничего не видя в темноте после вспышек выстрелов.
— У меня есть граната! — крикнул Круль.
— Засунь ее себе… — Иван не договорил, что-то толкнуло его в грудь, Иван сделал шаг назад, споткнулся о камень и понял, что падает, что равновесие удержать не получится.
Что-то кричал Круль, стреляя часто, словно для него очень важно было опустошить магазин.
Иван не упал — сел на камень, оружие не выронил. Даже выстрелил между белесых огоньков глаз одержимого.
У него в магазине еще оставалось два патрона. Иван считал. На всякий случай. Пуля в голову — не самый плохой выход в этой ситуации. Он еще не решил, стреляться в последний момент или нет. Не то чтобы он боялся греха самоубийства. В его положении — грехом больше, грехом меньше дела не решают.