― У меня ногти, тут ручка такая сложная, не открывалась! ― девушка, показывая ярко-красные длинные ногти, демонстративно помахала тыльной стороной ладони. Вытянула вперед руки, в ожидании, мужчина опустит её на землю.
― Эх ты, птаха! ― оставив блондинку наедине с санитарами, закрыл за собой дверь, чтобы переодеться.
Мирон и Инна вошли в лифт, мужчина нажал кнопку с цифрой «семь».
― А почему семь, ты же сказал на девятый? ― девушка удивлённо посмотрела на мужчину.
― Потому что два этажа пройдём пешком, не вздумай разговаривать с женщиной, когда в квартире будем!
― А кто она?
― Педагог… Всё, тихо!
После звонка за дверью раздались шаги.
― Кто? ― после недолгой паузы раздался вопрос.
― Здравствуйте, я ваша соседка. У меня стояк течёт.
― Что мне до вашего стояка, из какой квартиры? ― женщина не планировала открывать дверь.
― Из пятьдесят седьмой, ― уверенно ответила Инна, чем ввела Мирона в минутное замешательство.
Дверной замок клацнул два раза, дверь приоткрылась. Женщина недоверчиво осмотрела двоих.
― Проходите! ― перед ними стояла учительница с видео: волосы её были растрёпаны, мятая сорочка завершала нелицеприятный образ.
Зловонный запах сырости в сочетании с кошачьими фекалиями встретил их внутри. В коридоре раскиданный мусор, вероятно принесённый с помойки, по кучам прыгали неухоженные коты.
― Ну и вонища у вас тут! ― Инна демонстративно зажала нос пальцами.
Женщина, оставшись со спины, закрыла дверь, щёлкнув замком.
― Ванна направо, ― злостно отреагировала хозяйка квартиры на реплику.
Мирон зашёл в санузел, открыл техшкаф. Инна стояла в узком дверном проёме. На минуту отвлёкся сделать вид проверки труб внизу, включив фонарик в смартфоне. Когда повернулся в сторону секретаря, она стояла с ужасом в глазах. Перед её шеей блестело лезвие ножа, из-за спины выглянул мужчина.
― И как там? Как стояк, спрашиваю? ― тёмные зрачки хаосника суетливо бегали по сторонам.
― Да нормально стояк: наверно, это не у вас. Мужчина, вы ножичек опустите, негостеприимно как-то.
― Сумку тут оставил, и вперёд, в комнату!
Мирон спокойно положил сумку на пол.
― Телефон сверху положи, ― прижимая плотней лезвие ножа к шее, потянул Инну за волосы так, что её подбородок принудительно поднялся вверх. Провёл языком по ключице. Руки девушки задрожали.
Дождавшись, когда мужчина положит телефон, проследовал в комнату. Коты ощетинились и зашипели. Мирон вышел из ванны, следуя по коридору за Инной с мужчиной. Тот, прихрамывая, подтягивал за собой правую ногу.
Сзади, с треском, об голову Мирона учительница разбила вазу. Осколки, с шумом полетели на пол. Инна закричала от ужаса. Коты с диким рёвом разбежались врассыпную.
Мирон выстоял после удара по голове, похрустел шеей, меняясь в лице. Вены его, пульсируя яростью, начали набухать. Кисти рук сжались в кулаки. Дыхание участилось, вздымая в такт грудную клетку.
― Это было обидно! ― медленно стряхнул с волос и плеча осколки стекла. В глазах полопались сосуды, белки глаз покраснели.
Молниеносно переместился за спину хаосника. Схватил за кисть руки, державшую нож, отвёл от горла девушки. Выбил нож из рук. С лёгкостью поднял одной рукой мужика, отшвырнул в сторону. Тело мужчины, ударившись в стену, сползло вниз.
Инна рванула к двери. Учитель попыталась встать на её пути, но секретарь, с жутким визгом, вцепилась в неё. На лице хозяйки квартиры возникли симметричные полосы царапин, с воткнутым обломком красного ногтя.
Мирон приблизился к хаоснику, стукнул его головой об стену. Наслаждаясь свободой своей Тени и возможностью поиграть с жертвами поднял вверх голову, насыщаясь энергией от чужой боли. В открытую Инной дверь забежали белые братья.
― Мирон, стой! ― крикнул один из них, отвлекая на себя мужчину в состоянии аффекта.
Хаосник открыл глаза:
― Чё, сукин сын, кто из нас в больничку едет? ― на мерзком морщинистом лице, появилась довольная улыбка.
Руки Мирона сжались на дряблой шее… Почувствовал, как кадык трепыхается при попытке глотнуть. Ещё немного подержать и эту тварь уже никто не спасёт. Наклонился корпусом вперёд, оскалившись.
― Requiescat in pace, ― прошептал ему на ухо, вспомнив слова из сна. Тело хаосника задрожало, в припадке. Мирон разжал хватку.
В коридоре два санитара занимались учительницей, Мирон, переступив через её ноги, вышел на лестничную клетку, где плакала Инна.
― Ты чего рыдаешь? Хорошо же все! ― сев рядом на ступени, обнял.
― Я ноготь сломалаааааа,― уткнувшись в плечо Мирону, девушка всхлипнула, глубоко вдохнув.