"Капсулы для погребения закончились еще три недели назад, - уныло прикидывал про себя Пиетт. - Придется сбрасывать тело в мусоросборник, а это нарушение процедуры, неуважение к почившему и возмущенные письма родственников на Корускант. Хотя, если инквизитор из бывших джедаев, проблема снимается".
Адмирал покачал про себя головой: у него до сих пор не хватало духу подать Вейдеру запрос об организации на борту небольшого крематория - или хотя бы маленькой, но функциональной камеры дезинтеграции. К сожалению, по поводу первого варианта у ситха были свои предрассудки (что-то насчет джедайских традиций, Пиетт в подозрительные материи не вникал), а второй отпадал как пятнающий честь Имперского флота.
Размышления инвентаризационного характера прервало появление на мостике Темного лорда и одетого в синюю длиннополую робу инквизитора. Узнав Антинниса Тремейна, Пиетт слегка успокоился, но ему хватило одного взгляда, чтобы убедиться в правильности своих опасений: Вейдер был зол, как голодный когтистый ворнскр с Миркры. Ни слова не говоря, ситх встал у транспаристилового обзорного экрана, повернувшись широкой, задрапированной мантией спиной ко всем остальным.
Обер-инквизитор поздоровался с Пиеттом и попросил мягким, приятным тоном:
- Господин адмирал, прошу вас, поселите меня поближе к конференц-залу с самой современной системой связи. Мои переговоры с лордом Торбином и Департаментом военных исследований чрезвычайно важны и секретны.
Бывший капитан собрался было ответить, как над их головами прокатился мрачный голос Темного лорда:
- Адмирал, апартаменты обер-инквизитора по соседству с моими, - рот первого офицера захлопнулся с болезненным щелчком. - Вы будете под постоянным наблюдением, Тремейн. И конечно, все переговоры на борту, вне зависимости от степени их секретности, подпадают под мою юрисдикцию.
Пиетт осторожно скосил глаза в сторону: Вейдер стоял вполоборота к ним, руки были скрещены на могучей груди. Грозная фигура Темного лорда отбрасывала длинную тень, край которой задевал высокого, но сухопарого и на вид незначительного инквизитора.
- Разумеется, милорд, - почтительно согласился Тремейн, наклоняя голову в синей шапочке скучного покроя. - Однако, разве вы обладаете полномочиями, чтобы вмешиваться в работу Инквизитория?
Адмирал закрыл глаза, молясь про себя, чтобы неожиданные разногласия между Вейдером и их гостем не зашли слишком далеко. Пиетт и после рассказа Вирса сомневался, что с ситхом можно договориться... к тому же, дурное настроение Темного лорда могло быть вызвано чрезмерной подозрительностью.
А если все же задушит, бумажной работы не оберешься. И не дай звёзды, расследование..
По дюрастиловому полу прогрохотали тяжелые шаги ситха.
- Вы у меня в подчинении, - со зловещим спокойствием произнёс Темный лорд. - А я не терплю лжецов и самонадеянных болванов, Тремейн. Воля Императора - закон, но если вы еще раз попытаетесь обойти меня...
Пиетт услышал, как заскрипела перчатка, сжатая в кулак с силой, намного превышающей человеческую.
В наступившей оглушительной тишине адмирал смотрел себе под ноги и слышал только неровный, быстрый стук своего сердца да размеренный шум вейдеровского респиратора.
- Ваши высокие стандарты хорошо известны, - инквизитор отвечал мягким, безэмоциональным тоном, лишенным каких-либо оттенков. - Я, как и вы, стремлюсь выполнить свой долг перед Императором. А теперь мне позволено удалиться?
- ...вас сопроводят, - после паузы, отворачиваясь, отрывисто сказал Вейдер, и адмирал поспешно вышел вперед, показывая обер-инквизитору дорогу.
ХХХХХХХХ
В лифте Пиетт быстро провел рукой по лбу, смахивая пот, и посмотрел на Антинниса Тремейна: тот стоял совершенно неподвижно, с видом задумчивым и сосредоточенным. Но когда адмирал открыл рот, чтобы задать волновавший его вопрос, инквизитор быстро поднял указательный палец, призывая к молчанию.
Только пройдясь по просторным апартаментам и заглянув во все углы, Тремейн предложил присесть и наконец-то заговорил:
- Я вижу, вас тревожат противоречия между лордом Вейдером и мною, адмирал?
Откашлявшись, Пиетт поправил воротник и дипломатично заметил:
- Последние два месяца милорд был сам не свой. Он ждал новостей, как я понимаю - от вас. И не дождался... возможно ли, что сегодняшний инцидент на мостике вызван... мм... разочарованием или недоверием...
- Внезапным ударом горячей желтой жидкости по мозгам, - любезно подсказал обер-инквизитор, и адмирал снова закашлялся, с ужасом глядя на по-прежнему невозмутимого собеседника.
Тот подтолкнул к Пиетту бокал воды. Кивнул, постукивая костлявыми пальцами по подлокотнику и сухо улыбаясь:
- Отчасти вы правы... Мы с Вейдером не доверяем друг другу, плохо друг друга знаем, и вдобавок, наши характеры почти не совместимы.
- Тогда, наверное, интриги со стороны? - предположил адмирал нервно. - Кто-то пытается настроить Темного лорда против вас?
- Нет смысла, - отрицательно помахал рукой Тремейн. - Я и сам прекрасно справляюсь. Император желает меня видеть на Корусканте - возможно, это как-то задело нашего психопата-параноика с выраженной социальной дезадаптацией?
- А может быть, я просто не выношу болванов, самонадеянно пренебрегающих моей помощью, даже когда в этом есть необходимость? - пророкотал темный голос, и в комнате явственно пахнуло холодом.
ХХХХХХХХ
Пиетт вскочил, автоматически поправляя форму и вытягиваясь во весь рост. Обер-инквизитор остался сидеть.
- Вольно, - сказал Вейдер, проходя на середину комнаты и как будто заполняя её своим присутствием.
- Ох, - сказал Тремейн, вытягивая ноги на серый ковер и явно наслаждаясь неловкой ситуацией. - Ты все слышал? Мне так совестно.
- Последнюю реплику пропустил мимо ушей, - пренебрежительно хмыкнул ситх. - Как не заслуживающую внимания. И я дважды тебя обозвал: мы квиты.
Озадаченный инквизитор задумался, что-то посчитал про себя, затем спросил:
- А про желтую жидкость слышал? Нет? Ну, так я по-прежнему впереди, приятель.
Пиетт, чувствуя, что у него необратимо мутится рассудок, а в ушах начинает шуметь, взмолился:
- Господа!
- Прошу извинить мое неподобающее поведение, адмирал, - поспешно произнёс Тремейн, подбираясь и принимая спокойный, сосредоточенный вид. - Сейчас вы видите, что между нами нет серьёзных противоречий. Уверяю вас...
- Ты приносишь извинения Пиетту, но не мне? - изумленно и негодующе вмешался Темный лорд.
- Он их больше заслуживает, - огрызнулся инквизитор. - И ради звёзд, сядь, не стой столбом, как памятник самому себе!
Ошеломленный адмирал наблюдал, как что-то ворчащий явно не на общегалактическом языке ситх подтянул к себе с помощью Силы массивную кушетку и осторожно уселся на неё. Дарт Вейдер, гроза галактики, воплощение Нового Порядка, железный кулак Империи, Палач Императора - сидел на кушетке. Недовольный, раздраженный, он делал, что ему говорили, и при этом никто не умирал на полу с переломанной трахеей!
- Я его сын, - сказал Тремейн, и для Пиетта что-то наконец прояснилось, а что-то фатально запуталось.
- Все, что вы видите, - продолжал инквизитор, проводя ладонью перед собой, - личина, прикрытие для этой операции. В основном, мне придется действовать в одиночку, но иногда может потребоваться ваша помощь. Лорд Вейдер поручился за вас и генерала Вирса, вы - наш актив на "Экзекуторе". Разумеется, никто не должен знать.