- Я её не брала, - отвечала Юма переставая смеяться.
- Нет, взяла!
- Я не брала! - Юма спрыгнула с гамака прямо на пол и встала перед Аглаей.
- Да вот же она! Я её закинула на свою постель, - Тиа совала подушку в руки Аглаи, но ту уже понесло:
- Если кто-то корчит из себя самую способную и необыкновенную и ждет, что все будут ей восхищаться, то пусть знает, что другие и не собираются!
- Это ты из себя воображаешь!
- Чем ты лучше меня? - требовательно вопрошала Аглая. - Ну вот чем? Вот я сейчас сделаю, что ты будешь висеть в воздухе и ничего не сможешь сделать!
- Аглая! - гневно воскликнула Тиа, но та не слушала. Она как-то по особому развела руки и начала что-то шептать полузакрыв глаза.
Юма ощутила, что её что-то спеленывает по рукам и ногам, и растерялась - такого с ней никогда не было. На остальных будто напал столбняк - все уставились на них двоих с оторопелыми лицами, не догадываясь или не в силах вмешаться. А Юма уже чувствовала, что её начинает приподнимать вверх, это её страшно испугало, а затем - рассердило. Она вдруг страстно захотела, чтобы что-нибудь случилось такое, что остановило бы этот подъем и осадило Аглаю.
- А! - вдруг звонко взвизгнула та и подпрыгнула, оглядываясь на свои пятки. - Ой! Здесь крысы! Меня укусили!.. Ой! опять!..
Юма почувствовала, что её отпустило. Она уже заметила мордочку Вайки, глядящую на Юму из-под ножки кровати с озорным блеском в глазах. Он будто спросил разрешения, а потом принялся за потеху - начал вертеться вокруг Аглаи, молниеносно подскакивая и покусывая её за голые икры.
- Мамочки! - ревела Аглая. - Спасите!..
- От кого? - недоуменно спрашивали Тиа и Агния. - Тут же никого нет! Что с тобой?
- Вайка, хватит с нее! - вслух скомандовала Юма. - Перестань. Это мой друг, - объяснила она девочкам. - Мне его подарили.
Поняв, что на неё уже не нападают, Аглая стремительно выбежала из спальной. Тиа и Агния меж тем недоуменно переглядывались.
- Юма, что ты с ней сделала? Ты наслала видение?
- Да нет же! Это Вайка, - отвечала Юма, досадуя на то, что её новые друзья так ненаблюдательны. - Ну вот он! Вайка, - позвала она, - иди сюда.
Вайка в два прыжка взобрался ей на плечо и уселся, высунув язычок и поблескивая глазами.
- Вайка, это мои друзья, - представила Юма. - Тиа, Агния, Соня. Мы будем жить вместе.
Девочки таращились на Юму, ничего не понимая.
- Юма, с кем ты разговариваешь?
- Это Вайка, булкут! Неужели вы тоже не видите? - догадалась Юма, вспомнив Туана - тот тоже не смог увидеть зверька.
- Я вижу, - вдруг тихо сказала Соня. - Он очень пушистый и забавный.
- А почему мы его не видим?
- Вы не умеете, - меланхолично отвечала Соня. - Может быть, Юма вас научит?
- А как? - удивилась Юма.
Соня пожала плечами.
- Может быть, этот зверек тебе поможет?
- Помогу, - согласился Вайка. - Пусть закроют лампу и смотрят вон оттуда.
Девочки сделали, как сказано, и наконец Тиа неуверенно произнесла:
- По-моему, я вижу какую-то мохнатую тень у тебя на плече. Если только это не игра света.
- Почему тень? - не согласилась Агния. - Я вижу какой-то отсвет, вроде солнечного зайчика, только очень неяркий.
- Ну вот, уже что-то, - зевнув, произнесла Соня ленивым голосом. Девочки, вы как хотите, а я ложусь спать...
И она стала укладываться на ночь.
Поздним вечером Тиа, сидя в своей кровати напротив гамака Юмы - их лица как раз приходились друг против друга - тихонько ей рассказывала:
- Наша Соня такая засоня! Она может уснуть среди бела дня. Но она у нас самая умная, даже Аглая её слушает. Потому что Соня видит во сне всякие отдаленности.
- Ага, - подтвердила Аглая, - ты заметила, какая она проникательная?
- Надо говорить - проницательная, - поправила Тиа.
- Надо говорить - дальности, а не отдаленности! - парировала Агния. Сама не знаешь, а меня учишь!
- Девочки, не спорьте, - сказала Юма. - А то я и так не знаю, как мне помириться с Аглаей. Почему она на меня злится?
- Она тебя ревнует к Инессе, - шепотом заявила Аглая. - Ты же у неё любимица.
- Я?!
- Ну ещё бы! Инесса почти год половину времени проводит с одной тобой, а с нами всеми то, что остается! - с некоторой обидой пожаловалась Тиа. - А ещё она как-то раз приводила тебя нам в пример.
- Да вы же ничего не знаете! - горячо возразила Юма. - Инесса такая строгая!.. Сначала она оставалась со мной почти на весь день и ночевала со мной, а потом я почти все дни была только с марабу...
Юма рассказала им об их с Инессой жизни там, в лесном домике, а потом, увлекшись и побуждаемая вопросами Тии и Агнии, обо всем остальном - как ей однажды приснилась фея и обещала выручить её от этого Дылды, как она оказалась в Тапатаке и стала ученицей Инессы, как подружилась с Вайкой и бегала на Рыжуху и все прочее. Она и не думала, что её рассказ может произвести такое впечатление на девочек. Она даже в темноте различала, какие большие у них сделались глаза.
- И ты ходила с этим Дылдой по всяким... как ты их называешь, рынкам и трактирам и просила еды? - недоверчиво расспрашивали девочки.
- Да, и мне ещё повезло, - мои сестра и брат вообще пропали, а я выбралась на дорогу от нашей деревушки до города и там наткнулась на этого бродягу. Я это уже плохо помню, - рассказывала Юма, - будто это было совсем не со мной. С тех пор я так много всего узнала! Но я ещё мало знаю про Тапатаку, а мне ведь надо её подарить за Вайку...
- Подарить?
- Ну да, так сказала Инесса, - и Юма рассказала про волшебника, о котором говорила Инесса, и про свой полет в чужой мир, где над большой рекой были два моста, каменный и железный.
- И вот теперь я все думаю, как туда снова попасть, - закончила Юма, потому что Рыжуха далеко, а тут у вас снег не идет.
- Тебе надо сходить к Кинну! - хором прошептали Тиа и Агния.
- Необязательно, - довольно громко вдруг произнесла ленивым голосом Соня. - Не обязательно, чтобы шел снег.
- Соня, ты разве не спишь? - удивились все.
- Нет, я сплю и разговариваю во сне, - сонно отвечала Соня, и было непонятно, шутит она или так оно и есть. - Кстати, у дверей вас подслушивают двойняшки. Тебе, Юма, следовало их позвать, чтобы они тоже тебя послушали.
За дверью - и довольно громко о ночной поре - послышалось шлепанье о пол босых ног: любопытные соседки поспешили к себе в спальню.
- Давайте спать, - сонно предложила Соня. - Все равно вы за один раз не расскажете Юме обо всей Тапатаке...
Они последовали совету Сони - Юма и впрямь почувствовала, что утомилась за день. Перед тем как уснуть, она твердо решила, что завтра же сходит к этому Кинну Гамму, и...
Но завтра и послезавтра это не получилось, у неё оказалось неожиданно много дел. Она учила свой четырехугольник и двойняшек стремить воду, знакомилась с домом и девочками и сама училась тому, что задавали им старшие. Если Инесса и уделяла Юме столько же внимания, сколько всем остальным, то их зависть все же была не совсем справедлива - как оказалось, с воспитанницами Инессы занималось множество теитян помимо самой феи. Юма с удивлением узнала, что в Тее, да и во всей Тапатаке не было ни одного человека, кто не был бы волшебником или, если говорить о детях, не учился бы этому. Некоторым давалось лучше одно, другим другое, кто преуспевал больше, кто меньше, но все равно - всякое занятие тапатакцев так или иначе соприкасалось с волшебством или попросту им являлось. Впрочем, сами-то они даже не считали это магией, для тапатакцев это все было столь же естественно, как все прочее в природе. Например, когда садовник в Тее уговаривал яблоню вырастить на ветке пару плодов с особенным вкусом или цветом, то это и означало - ухаживать за садом и, по понятиям теитян, не содержало никакого волшебства. Наверное, мало кто из них вообще знал, что может быть как-то иначе. Но Юма-то знала, что в её родном мире или в тех немногих, куда она уже заглянула, все обстоит совсем не так.