— Дерьмовый из тебя злодей, — ответил я, смотря, как остальные поливают заранее подготовленные бревна бензином и поджигают их, — Болтаешь слишком много. Огнем меня пугаешь? Да я, блядь, обожаю огонь!
— Ты спятил? — отодвинулся от меня Сапфир.
А потом врезал ногой по лицу. И ещё врезал. Уже по ребрам.
— Походу, по хорошему ты не понимаешь…
Мне сделали укол. Вбили иглу в ногу и быстро ввели жидкость.
— Этой штуке надо подействовать. Учитывая твою регенерацию, у тебя есть пара минут. А потом начнется веселье.
— Какое? Ты заткнешься? — сплюнул я кровь.
Кровь это тоже хорошо. Ещё лучше, чем металл и огонь.
— Хватит с ним церемониться, — сказал кто-то из четверки.
— Заткнись! — огрызнулся Атаманов.
— Слушайте… — приподнялся я.
Что не так-то легко сделать.
— А кто вас, мальчишек, в темный лес отпустил? Неужели ваши отцы приказали избавиться от меня?
— Нет-нет-нет, — снова придвинулся ко мне Сапфир, — Ты, без рода, не знаешь, как делаются дела. Мы сами пришли разобраться с таким ничтожеством, как ты.
— Повторяешься.
— Заткнись!
Ещё один удар прилетел мне в голову. Да такой силы, что я поплыл. Это тоже хорошо… Всё хорошо… Алхимики это такие твари, которые всё себе на пользу обращают.
Внезапно меня словно в туман окунули. Я разом ощутил боль во всём теле, тяжесть одежды, сырость земли под задницей, тепло бегущей крови. Моей крови.
Что мне вкололи?
— Ты меня утомил Соколов. — раздосадовано покачал головой Сапфир, — Отвечай на вопрос. Что тебя связывает с князем?
— С кем? — вырвалось из меня, — Ну ты и придурок! Сам же назвал меня ничтожеством. Что меня может связывать с князем?
Я попробовал расхохотаться, но получил оплеуху.
— Что-то тебя точно связывает, — уверенно заявил парень, — Отвечай. Дайте мне палку, — протянул он руку.
В которую вложили… ну да, горящую палку и вложили.
— Эй, — крикнул я, — Может не надо?
— Боишься? — довольно сказал он, — Я жду ответа.
— Хорошо, только убери огонь! Я всё скажу! Что ты хотел узнать?
— Правду!
— Да легко… Правда в том, что вы все — дегенераты.
— За эту дерзость, — от слов Атаманова резко повеяло холодом, — Я выжгу тебе глаз. Выбирай, левый или правый?
— Ты слишком тупой, чтобы это сделать.
— Ты сам виноват в том, что с тобой случится.
Сапфир схватил меня левой рукой за волосы и зафиксировал голову. Второй рукой он стал медленно подносить горящую палку к глазу. Было жутковато… Немного.
Закончив трансформацию металла, я создал из него лезвие. Пока Атаманов не видел, я ударил его в шею. Полоска металла вошла глубоко, выйдя с другой стороны. Два движения совпали. Парень дернулся от меня, а я дернул оружие на себя. От этого его горло раскроило и Сапфир упал, залив перед этим меня своей кровью.
— Знаете что, — прошипел я, поднимаясь, — Вам всем хана.
Попытка встать увенчалась успехом лишь наполовину. Я встал, но тут же завалился. Мир резко удлинился, а потом сузился. Я рухнул прямо к костру и… Сделал то, что и собирался. Огонь, плюс кровь, равно большие проблемы для Атаманова. Я заставил пламя потухнуть, обратиться в жар против крови беса.
Раздался крик, полный боли, а в моей голове резко прояснилось, мир стал четким-четким.
Я понял одну простую вещь. Никого из здесь присутствующих нельзя отпускать живыми. Либо они, либо я.
Что-то такое подумали и остальные. Ближайший парень подскочил ко мне и попытался ударить. У него это получилось, да так хорошо, что силы удара хватило подбросить меня. Воспользовавшись этим, я оказался на ногах и…
Эти дурни не догадались забрать мои вещи. Оставили кольцо на пальце, ремень, амулеты и другие артефакты, которые я готовил как раз на случай нападения.
Блокировку перемещений я активировал ещё минутой ранее. Сейчас же выставил вперед руку и выпустил маленький шар, который моментально раскрылся в тончайшую, укрепленную нить, которая обхватила шею ближайшего противника. Того самого, который ударил меня ногой.
На действо ушло не больше секунды. Вот он прыгнул на меня. Вот я ещё в полёте выставил руку. А вот его голова отделилась от тела и полетела через потухший костер в сторону.
Это будет кровавое утро…
София лежала у себя в покоях, когда поступил приказ явиться к отцу. Девушка ещё спала, используя выходной для того, чтобы как следует отоспаться и наверстать последние дни. Если ты дочь князя, это не избавляло тебя от учёбы, а наоборот, повышало требования, чтобы соответствовать статусу.