Что-то простое, ясное, понятное и близкое. И очень, очень важное…
Конец моста, развязка-«ватрушка». Над парком аттаркционов вздымается колесо обзора — стоит параллельно реке, значит, ещё то, самое первое… Пропустив легковушку, Слава прошёл наискосок в парк.
Карусели, «Ромашка» и «Сюрприз» — в конце 90-х владельцы парка цинично делали ставки, когда же «Сюрприз» сорвётся с опор и укатится в реку. А тут — ещё новенькие, сверкают свежей краской… Вон и автодром есть — его в работающем виде Слава и не помнил, ходили сюда нечасто. Странно, народу нет… а почему странно — рабочий день, и ещё не лето, дети в школе, их бабушки сидят по домам…
Бабушки сидят по домам.
Вот же оно.
Бабушка.
Галина Прокофьевна, проработавшая всю войну в тылу, потерявшая на фронте мужа и брата — оба пропали без вести.
Вот оно.
Вот это я сделать могу.
Слава поймал себя на том, что почти бежит. Так, спокойно. Надеюсь, всё получится.
Тропинка через парк, петляющая среди высоченных деревьев, высаженных стройными рядами уже после войны. Приземистый каземат общественного туалета — ещё не загаженный, летняя танцплощадка с «ракушкой»… Скорым шагом Слава вышел на улицу, зашагал вдоль — вон видно здание администрации, сейчас это исполком, как раз напротив него остановка… Ага, точно, стоят две женщины — рядом деревня, на стыке тысячелетий «проглоченная» городом, а в это время автобусы туда ещё не ходили, и жители выходили на эту, ближайшую к деревне остановку. Может, повезёт?
— Простите, у вас не найдётся лишнего талончика? — обратился Слава к одной из женщин, лет пятидесяти, мимоходом умилившись пустой авоське в её руке — ага, время одноразовых пластиковых пакетов ещё не наступило… Та, ничуть не удивившись (ну правильно — до ближайшего киоска тут с километр, не меньше), выудила из кармана старомодный кошелёк с защёлкой, оторвала от книжечки один талончик, приняла от Славы пятачок, стала было искать в кошельке копейку, но Слава махнул рукой — дескать, не надо.
— Спасибо огромное, — сказал он вслух, заметив, как улыбнулась женщина в ответ на эти слова.
Автобус пришёл через несколько минут — точно такой же полупустой «Икарус» с дверьми-гармошками. Слава вошёл в заднюю дверь, прощёлкнул талончик в компостере, отметив, что получилось это почти автоматически, и прислонился к перилам, стараясь не слишком уж откровенно вертеть головой.
А почти ничего и не изменилось. Хотя, как сказать…
Вот этих деревянных домиков напротив остановки не будет — расселят, сожгут, снесут… На месте долгостроя появится здание суда, мебельный магазин превратится в очередной сетевой продовольственный, хрущёвки вдоль дороги так и будут стоять, разве что отдав первые этажи под офисы… А вон там, где потом будут многоэтажки огромного микрорайона, пока что растут сады частного сектора… Город, разрастаясь, проглотит их, и не заметив.
Остановка, очередные «германские домики» — вот что не меняется, так это они. Широкая болотистая низина — даже непривычно видеть её столь заросшей, настоящий лес. Осушить это болото так и не удастся, несмотря на прожекты мэра 90-х. Деревянные домики на перекрёстке — двухэтажные, одноэтажные, сады за заборами, кафе «Дружба», на месте которого потом будет Сбербанк — но название столь приелось, что он так и останется «тем Сбербанком, который Дружба» — ещё бы, все экскурсионные автобусы в Питер (а тут ещё Ленинград) отправлялись именно от этой кафешки, в которой Слава так ни разу и не был — родители его по кафе не водили.
Стеклянный параллелепипед «Дома Быта» — он ещё не стал зачуханным пристанищем разнокалиберных магазинчиков с китайской дрянью. Гигантского торгового центра нет, на его месте видно деревянное одноэтажное здание музыкальной школы, а за ним — та самая старейшая школа города, в которой сейчас учится Слава-здешний… заканчивает третий класс. В четвёртый он сюда уже не пойдёт — знание обветшало, и учеников отправят учиться в две смены в здание соседней школы. Универмаг по левую руку… в первом отделе направо на первом этаже продавались фототовары, но фоторужьё, стоившее 200 с лишним рублей, так и осталось мечтой. Деревянный двухэтажный домик, снесённый в 90-х — место пустовало, пока на нём не отгрохали очередной магазин, барак, череда двухэтажных деревянных домов — целый ансамбль вдоль трёх параллельных улиц, эти дома славились удобными и светлыми комнатами… и тем, что зимами в них замерзал водопровод.
Жилые первые этажи домов… как удивительно. Уже стало привычным видеть их магазинами, с линией разноцветных вывесок от края до края дома.
Зазевавшись, Слава проморгал очередную остановку — автобус свернул к вокзалу и почесал вдоль перпендикулярной улицы. Кинотеатр «Восток» — буквально пару лет назад Слава видел в точности такой же, путешествуя с женой и сыном по Беларуси. Ну, а этот превратится в очередной торговый центр… Город простоит без кинотеатров лет двадцать — с началом засилья «видиков» они попросту окажутся не нужны.