— Ты ужасно непоэтичен, и если ты сейчас не замолкнешь, я столкну тебя в воду.
— Ты справишься с этим, — сказал он и декламировал дальше: «Фройляйн, на землю вернитесь, это фокус из древних времен, там внизу солнца круг опустился, а здесь возвращается он».
Он хотел убежать, когда подошла Анне к нему, но она оказалась быстрее и выполнила свою угрозу. Он потерял равновесие и упал в воду.
— Ведьма! — ругался Седрик, — подлая бестия! Вода ледяная!
Анне засмеялась так, что это разносилось далеко по озеру. Не успел он вылезти, она сама скинула с себя одежду и тоже прыгнула с причала вниз. Они немного поплавали.
Анне хотела вернуться после полудня. Седрик разместил свои рыболовецкие принадлежности в лодке, отпил глоток горячего чая из термоса и оттолкнулся от берега. Поблизости в пояса камышей что-то плескалось, над озером парили цапли. Седрик налег на весла. Гребля шла ему на пользу. Он остался вблизи тростника. Издалека он услышал, как Анне кричит его имя. Он не ответил и постарался опускать весла в воду как можно тише.
К нему надвигался пояс камышей. Седрик проплыл сквозь камыши, за которыми находилась небольшая бухта. Здесь было подходящее место для рыбалки. Он остановил лодку веслами. Рядом с ним хищно пробирались щуки и сомы. Косяк плотвы размером с селедку носился по поверхности воды; сзади к ним молниеносно устремилась темная тень. Вода забурлила.
Седрик чуть слышно засмеялся. Его охватил охотничий азарт, и возня вокруг него выглядела многообещающей. Он спешно прицепил среднюю блесну на леску. Повсюду полным ходом продолжался завтрак, было похоже на то, словно озеро кипело в нескольких местах. Он забросил удочку. Треск катушки был новым звуком в этой тишине. Впереди него по воде хлестнул поплавок. Седрик начал медленно вращать катушку. Сверкнула блесна, крючок остался нетронутым.
После третьего броска клюнул маленький окунь. Эти твари необыкновенно хищные и прожорливые. Рот разбойника был меньше крючка, все же он почти заглотил три кончика. Следующие броски тоже принесли не больше, и затем, когда он больше не верил в успех, удочку неожиданно затрясло. Его сердце громко забилось, когда далеко перед ним что-то ударило по воде. По противодействующей силе Седрик мог оценить вес своей добычи. Рыба напрасно пыталась освободиться от крючка. Сом перепутал блесну с маленьким блестящим карпом. Это была большая тварь, которая требовала от Седрика силы и сноровки. Он остановил катушку, но рыба метр за метром удалялась от него. Если бы леска закончилась, она бы порвалась. Левой рукой Седрик отвязал лодку. Когда Сом уплыл вместе с лодкой и рыбаком, Седрик снова смотал леску. Затем рыба сменила направление и попыталась уйти в камыши. Седрик тащил, ворочался на месте и боялся, что сом мог бы освободиться в камышах от крючка. Сом снова сменил направление.
— Тащи, тащи, усатый, — пробормотал Седрик, — утоми меня. Ты славный парень, это я называю удачным днем. Плотва не будет скучать по тебе, браток. Видишь, так каждый находит своего повелителя…
Где-то на воде тарахтела моторная лодка. У Седрика не было времени, чтобы посмотреть в ее сторону. К этому часу и рыбаки начинали разъезжать кто-куда. У сома была сила слона и выносливость леопарда. Эта тварь знала, что на кону ее жизнь. У Седрика на лбу проступил пот. Леска, натянутая до отказа, вытанцовывала на поверхности озера. Сом то и дело хлестал хвостом по воде, прыгал в воздух и, казалось, у него было сто жизней. Всякий раз, когда Седрик подтягивал его ближе к лодке, тот снова становился на дыбы и уплывал. Седрик отпускал леску, скручивал ее обратно и снова отпускал. Камыши были далеко позади них.
Через час охотник и зверь устали. Не оказывая сопротивления сом позволил притянуть себя ближе. Седрик закрепил леску к лодке. Седрик наблюдал за своей жертвой с чувством триумфа.
— Ты сдался, усатый? — довольно спросил он. — Вот так вот, когда нет разума. Если бы ты не был хищным, мог бы сейчас еще плескаться в воде. Сейчас я тебя сфотографирую. Не двигайся, усатый, я вытащу тебя к дому…
Неподвижный, словно ствол дерева сом поддался.
Когда Седрик пристал к лодочному причалу, жизнь снова вернулась в рыбку. Леска натянулась, Седрик больше не мог вовремя распустить ее. Леска порвалась.
— Ах ты, собака!
Он изрек еще несколько ругательств и прыгнул в воду. Рыба на мгновение застыла на месте; было похоже на то, словно она благодарила бога о спасении. Седрик схватился за леску обеими руками, но зверь ускользнул от него и медленно и величаво уплыл от него, утаскивая за собой оборванный шнур.