— Измени своё отношение и всё само встанет на свои места — посоветовал Вит.
…А ведь верно. Камнем преткновения здесь было только её отношение к ситуации. Сама ситуация не измениться. Её нужно пережить и то, как ты её переживёшь, отразиться на дальнейших событиях и отношениях. Можно или принять неизбежное, или попытаться навязать свою волю тому, кому в принципе её навязать невозможно. Вит прав. Несмотря на то, что он ещё ребёнок, некоторые вещи он понимает намного полнее и лучше, чем она. Возможно потому, что по крови, он намного ближе к Варену, чем она. Ему открыт его разум и многое он черпает прямо от него. Должно быть это тяжело.
— Я привык — ответил Вит, услышав её мысли.
Ясу улыбнулась. Может она ещё не всё поняла и приняла, но если с кем она и готова была делить Варена, то только с Амаей.
Трудно сказать, сама судьбы сделала такой подарок Амае или она оказалась права, и Варен захотел большего, но Ясу позвала её к ним в спальню. Конечно, расквартировать такое скопище столь разных людей в маленьком доме, было не просто и Амая понимала, что всех в одну комнату не положишь. И если бы всё это было только на одну ночь, но им так жить как минимум неделю, если даже не больше. Амая чувствовала себя немного виноватой, ведь это с её лёгкой руки в доме появилось так много народу, но именно это, сдвинуло ситуацию в её отношениях с Вареном.
Переселясь к ним в спальню, Амая слегка стушевалась, особенно когда подошло время, ложиться спать. Она не боялась предстать перед ними обнажённой, они и так по старой памяти вместе парились в баньке, скорее она не знала куда лечь.
— Твоё место, слева от меня — сказал Варен.
В этой простой фразе, ей показалось столько скрытого смысла и контекста, что Амая невольно вздрогнула. Признаёт ли он, её, рядом с собой, как женщину или просто указывает куда лечь? Вопросы без ответов, роились и множились в её голове, гудя как растревоженный улей. Сердце, от волнения, бешено колотилось, готовое вырваться из груди. Казалось что этот стук, как набат, наполняет всю комнату, содрогая её стены. Амая порадовалась, что в темноте, её не видит хотя бы Ясу.
Хлыст хвоста оплёл её руку и плавно потянул вокруг кровати к её месту. Варен понял её замешательство и решил взять инициативу в свои руки. Когда Амая легла, он обнял её, привлёк к себе и поцеловал в лоб.
— Сладких снов — пожелал он.
— Сладких снов — эхом пожелала Ясу.
— Сладких снов — отозвалась Амая.
Она прижалась к нему, тихо радуясь доставшемуся ей счастью. Пусть это малое из того, что она хотела получить, но даже это наполняло её волнительным возбуждением и трепетом. Она осторожно положила руку ему на грудь и почувствовала, что коснулась руки Ясу. Амая заколебалась и уже хотела убрать её, но нежная, девичья ладошка, накрыла её ладонь, словно признавая её право быть с этим мужчиной. Амая долго лежала, наслаждаясь близостью Варена, ожидая и боясь продолжения, пока сама не заметила, как уснула. И хотя в эту ночь они просто спали, для неё она была самой сказочной из всех пережитых ею ночей.
Утром она проснулась самой последней. Она всегда была соней, а вчера ещё и уснула позже всех, так что не удивительно, что когда она открыла глаза, в постели лежала только она. Ясу сидела перед зеркалом и расчёсывала волосы. Когда они только встретились, у Ясу был небольшой, короткий ёжик. Если честно, Амая даже сперва приняла её за мальчишку и только позже, поняла что это девушка. Сейчас волосы Ясу отросли и каштановым водопадом ниспадали ей на плечи. Амая невольно залюбовалась грациозными движениями Ясу. Всё же её влекло не только к Варену.
Обе девушки молчали. Сложившаяся ситуация была неопределённа и зыбка, словно сотканная из недомолвок. И вроде бы надо что-то сказать, внести какую-то ясность, но не знаешь, как начать и что сказать. Страшно, всё разрушить неловким словом, ведь исправить будет невозможно. Они обе это понимали и, ни одна из них, не решалась заговорить первой.
Ясу боялась следующей ночи. Её решимость таяла как снег весной, а смутные страхи терзали её всё сильнее и сильнее. Она не знала, как она отреагирует, и боялась своей реакции. Боялась разрушить что-то неосязаемо тонкое и хрупкое. Боялась оттолкнуть Врена. Всё напоминало прыжок со скалы. Вот ты решился и уже прыгнул. Но пока ещё тебя не охватил восторг полёта, тебя охватывает страх падения…только твои ноги уже оторвались от земли и назад дороги нет. Ты падаешь вниз.
Я только к обеду понял, что с девчонками твориться что-то неладное. Они вели себя так, словно впервые друг друга увидели и не знали, как общаться. Можно было до бесконечности теряться в догадках, что же произошло, но я пошёл самым простым путём и как только подвернулся момент, заглянул в сознание Ясу. Представшая передо мной картина, была только частью, тем, чем терзалась именно она, но догадаться и достроить всё остальное, понять, что терзало Амаю, для меня, уже было не сложно.