Он перевернулся на спину и уставился на Ангелину покрасневшими темными глазами. В них было отчаянье, смятение, и что-то еще. Ангелину пробрала дрожь и она машинально обняла себя за плечи. В глазах Алекса она отчетливо прочитала боль, и это так тронуло ее, что она готова была провалиться сквозь землю.
Александр тяжело вздохнул и продолжил:
– Мир видится тебе иным. Ты не подходишь для моего мира, или я, не подхожу для твоего. Будто силой мне приходится вторгаться в твое пространство, на твою личную территорию, и ты отталкиваешь меня с той мощью, на которую способна. Ты не в состоянии понять, что сама потеряна. А пока не познаешь себя, то никогда не узнаешь и меня…
Ангелина отрицательно замотала головой, пытаясь сбросить с себя груз услышанного. Нет, она не может потерять Алекса, просто не может. Да, ей тяжело, боль измены почти сожрала ее душу, в глазах до сих пор стояла картина обнаженной Виты и лежащего рядом любимого человека. Она испытала такой шок, осознав произошедшее, что даже мысль о том, что она никогда не увидит близких ей людей – не казалось страшнее.
Ангелина испуганно закрыла рот руками. Они сильно дрожали.
– Помоги мне, – прошептала девушка еле слышно.
Щеки ее горели, ладони стали мокрыми, сердце колотиться так быстро, что казалось, выскочит из груди.
– Что ты хочешь, чтобы я сделала? – расширила она свои глаза, – Не бросай меня. Не оставляй меня дольше, чем на время охоты, на которую ты уходишь. Не бросай меня… – повторила она тихо.
Алекс застыл на секунду. В ее зрачках он видел свое растерянное отражение. Мужчина просто не мог поверить, что снова слышит звук тонкого мелодичного голоса, который накрыл его с головой, будто теплой морской волной.
Александр едва заметно улыбнулся и замолчал на пару минут, чтобы она осознала всю степень важности того, что происходит между ними.
– Ангелина, – осторожно произнес он, чтобы не спугнуть невидимую ниточку, появившуюся между ними, – Я и не собирался тебя бросать…
Кажется, его ответ немного расслабил женщину. Он видел, что ее острые плечи опустились, и она невольно облокотилась о краешек холодной стены.
– Мне ничего не нужно от тебя, – добавил он уверенно, – Только твой свет. Твоя чистота. Твой трепет, когда я целую тебя.
Ангелина опустила глаза.
– Ты можешь получить это ото всех женщин мира, – послышался горький ответ.
– Могу, – согласно кивнул он и осторожно, чтобы не спугнуть, прикоснулся к ее руке.
По телу женщины сразу пробежал божественный холодок. Она всегда так реагировала на Александра. Ее тело жадно отзывалось на каждое его касание. Алекс притягивал ее сильнее, чем земное притяжение притягивает орбиту земли. Сильнее, чем чернота притягивает солнце и сильнее, чем тянутся друг к другу самые мощные резонансные магниты планеты. Она дрожала от его слов, взгляда и дыхания. Ее ноздри раздувались с механической готовностью вдыхать его запах, тело находилось в заряженной боевой готовности впитать в себя его сок и его семя.
– Но я хочу получить тебя, – твердо сказал он, – Для меня это так же естественно, как есть, пить или дышать. Я не могу просто смотреть на тебя, не касаясь твоих ног, твоего теплого тела… Возможность обладать тобой и есть главное понимание этого мира для меня. Я награждаю тебя своей силой, наполняю частью себя… Я вижу твои расширенные от возбуждения зрачки и отзываюсь на этот невидимый призыв… Ты ведь зовешь меня, Ангелина. Молча, без слов, ты зовешь меня каждую ночь, и я прекрасно слышу все то, что происходит внутри тебя. Борьбу, которую ты ведешь не со мной, а с собой…
Ангелина напряглась и опустила руки, которые случайно соскользнули и легли на его натренированную красивую грудь, вздымающуюся от тяжелого дыхания. Алекс застыл.
– Ты бросишь меня, – прошептала Ангелина, полностью уверенная в своих словах, – Ты исчезнешь, словно дым, оставишь меня в этих непроходимых лесах или подаришь какому-нибудь члену своей группы и будишь смотреть, как они будут развлекаться со мной, как я буду прислуживать им, массировать ноги и готовить еду.
Алекс не сдержал нервный смешок. Ангелина жестом попросила его не перебивать ее.
– Я не верю в твое благородство. Еще вчера ты был так услужлив, а сегодня таскаешь меня по полу, словно я домашнее животное, которое плохо себя ведет. Что будет, когда ты насытишься мною, когда я удовлетворю все твою похоть, страсть, когда ты поймешь, что внутри я такая же, как миллиарды других женщин на планете. Разве есть что-то, что удержит тебя рядом со мной? Может быть этот суп, который я приготовила для тебя?
Ангелина демонстративно показала Алексу свои пальцы, перепачканные в еде, и торопливо их облизала. Она и не подозревала, сколь много эротичного распознает в этом невинном жесте мозг Иного и не заметила, как потемнели от желания его соколиные глаза.