Сейчас девушка сидела на стуле, который сделал своими руками Александр, срубив деревья, которые по закону Конфедерации нельзя было рубить. Она ела деревянной сосновой ложкой, спала на грубо сшитых матрасах , набитых мхом, который так приятно пах промерзшей землей. Подушки в деревянном коттедже состояли из пуха убитых птиц и были мягче, чем самый дорогой текстиль этого века. Неделю назад, вместо шампуня Александр положил перед ней банку с медовым отваром, который божественно пах и был таким же на вкус. Все эти явные дары природы, которые ее мир с таким остервенением оберегал, служили в помощь человеку.
Ангелину всю жизнь воспитывали в любви к окружающей природе, и она никак не могла понять, где граница дозволенности… Можно ли есть кроликов, если больше нечего есть? И что лучше, быть маниакальным последователем экологических учений или стать тем, кем люди были рождены миллионы лет назад? Стоит ли перестать оправдывать мирскую жестокость, которая таилась в каждом живущем на земле человеке, и не важно, какого он пола?
– Ты готова?
Ангелина вернулась в окружающую реальность и с готовностью кивнула Алексу. Подойдя к массивной двери, они взялись за руки и оглянулись, в последний раз посмотрев на место, неожиданно ставшее их домом. За порогом ждала непроглядная зима и неизвестность. Ангелина знала, что если на их след нападут и отправятся в погоню, ее могут пристрелить в любой момент. Но эта перспектива была ничем по сравнению с участью бесконечного одиночества, без человека, которого впервые в жизни выбрало ее сердце. Только сейчас она знала, что все делает правильно. Только сейчас она понимала, в чем ее истинный путь. В чем смысл ее пути. В чем ее настоящее и первобытное женское предназначение.
Дверь громко хлопнула. Двух разнополых людей в этом доме больше никто и никогда не видел.