– Как чем? Я сейчас буду смотреть спутник. Мою любимую передачу. Что-то связанное с кулинарией и образовательной программой о бесполезности всего мужского на земле. Обожаю ваши современные зомбирующие телеканалы.
– Я как раз обратила внимание на ваш телевизор. Кажется, он у вас немного сломан, – злобно прошипела девушка, сжимая бледные руки в маленькие кулачки.
– О, это мелочи, – раздался голос, – Я его починю.
– Вы так образованы? Можете починить плазму последней модели? – искренне удивилась Ангелина, – Может, заодно поясните, как вам удалось перепрограммировать все счетчики в «Зоне-н»? Как вы проникли в Конфедерацию и взломали наши архивы? Как преодолели тепловые барьеры? Может, вы принадлежите к организации «Мужское вето»?
Она чувствовала, что уже начинает потеть от злости. Весь этот бессмысленный диалог начал ее выматывать. Даже кондиционеры не спасали от участившегося пульса и жара во всем теле. Распаленная грудь, удерживаемая тугим жгутом, начала нестерпимо чесаться. Ангелине показалось, что она вот–вот потеряет сознание.
– Снимите курточку. Вам жарко, – будто прочитал он ее мысли.
– Отстаньте! – сорвалась она.
– Я к вам и не приставал. Поверьте, если я начну это делать, то вы сразу это поймете. Точнее почувствуете. К вам ведь еще ни разу не приставал мужчина, верно?
– Почему вы так думаете? – разозлилась она и посильнее запахнулась в душный плащ из искусственного кролика.
– Да снимите же вы его! – не выдержал он и подойдя ближе, рывком сорвал с нее грубую кроличью одежду, – Как вы носите эту дрянь? Это кто, суслик?
– Не трогайте мои вещи, – попыталась она отобрать у него свой плащ.
Но тот лишь поднял его на вытянутой руке, в то время, как невысокого роста девушка тщетно пыталась допрыгнуть до недостающей детали своего гардероба.
– В тех местах, откуда я родом, не носят искусственный мех. Он такой же не настоящий, как и вся ваша Конфедерация.
– В каких местах? – моментально оживилась Ангелина и перестала прыгать на месте, – Вы в курсе, что убийство животных запрещено законом?
– Да, я прекрасно знаю все ваши бабские законы.
– Тогда почему вы их нарушаете? Почему убиваете животных? Почему пролезаете в «Зону-Н» свободную от Иного пола?
– Слушайте, я с вами пять минут в одном помещении и уже чувствую себя морально изнасилованным. Этому вас тоже учат? – протянул он недовольно, – Я убиваю животных, потому что мне нравится вкус их мяса и запах их крови. И еще я ношу одежду из убитых животных. В последний раз я убил бурого медведя.
– У них сокращенная популяция. Где вы могли его убить? Не в зоопарке же.
– Убил там, где они водятся. И кровь его выпил. И мясо съел. А шкуру высушил и носил, как шубу. Знаешь, какая теплая, – довольным голосом завершил он.
Ангелина невольно скривилась. Какое варварство, убивать ни в чем неповинных животных. С тех пор, как государство Российской Конфедерации приняло закон об экологическом контроле флоры и фауны в стране, женщины городов скинули все свои леопардовые и норковые накидки, и сдали их в государственную камеру хранения. Главенствующую роль в мировой политике занимали экологические партии борющиеся за сохранении первозданной природы. Организации вырастали так же быстро, как и километровые палисадники, парки и зеленые оазисы, растянувшиеся по всей планете. Их искусно высаживали, заполоняя растительностью каждый свободный к посадке уголок. Вскоре, большую часть планеты заполонила масштабная и охраняемая зеленая зона. Женщины строили экологически-чистые дома, ездили на эко-автомобилях и летали на таких же экологических автолетах. Это было связано не только с желанием сохранить и без того разрушенную атмосферу земли, но и потому, что в 2147 году запасы нефти на земле иссякли. Прогресс был неумолим к черному золоту. Дошло до того, что ни одна современная техническая система не обходилась без нефтепродуктов. Когда стало понятно, что долго это не продлится, женщины поспешили на близлежащие планеты. Однако, добыча нефтяных приисков на Марсе или Венере ни к чему не привела. Ученые умы не придумали ничего лучше, чем батареи солнечной активности, а так же топливо на основе генно-модифицированного бензолина.
– Вы меня слышите?
Ангелина дернулась и быстро пришла в себя.
Александр смотрел на нее подчеркнуто равнодушно, но за плечо все-таки потряс. Для верности. От этого случайного прикосновения девушка покрылась гусиной кожей. Но, как ни странно, это не было неприятным ощущением. Наоборот. Все ее естество тянулось к этому грузному неандертальцу с темными глазами. Ей не было понятно, откуда в ней это… и почему она не может сопротивляться собственным чувствам.