– Даже если завтра будет конец света, а ты будишь последней женщиной на планете, я не стану тебя трахать, ты поняла? – добавил он глухо откуда-то из-за спины.
Что это, черт возьми, значит? Начальница изумленно провела рукой по коротко стриженным волосам и ее тонкие губы растянулись в презрительной ухмылке.
– Ты будишь делать все, что я тебе прикажу, иначе твоя жизнь очень скоро превратиться в ад.
– Я и так живу в аду, моя милая, – обнажил он свои красивые белые зубы и снова повернулся к ней лицом, – Этот ад создали вы.
Светлана отчетливо ощутила острый ноющий укол в районе груди. Ей вдруг стало тяжело дышать. Страх, гнев и неведомое доселе чувство охватило все ее тело, от кончиков волос до самых мизинцев. Этот Иной что-то пробудил в ней. Всю жизнь Лунная прекрасно себя контролировала, но сейчас впервые почувствовала себя беспомощной и слабой.
– Раздевайся, – ее голос дрожал, и она уже не могла скрыть этого.
– Да пошла ты, – мигом отрапортовал он, будто это было не хамство, а предложение выпить где-нибудь по чашечке эспрессо.
– Ты пожалеешь… – вырвалось у нее еле слышно.
Голос дрожал, в носу отчаянно свербело. Глаза увлажнились, а рыдания готовы были вырваться наружу. Да как он смеет так разговаривать с ней! Как смеет он проявлять неуважение!
– Я прям весь испугался и дрожу, – продолжал он ухмыляться, даже не оставив ей шанса отстреляться какой-нибудь угрожающей фразой.
В любой другой ситуации, Лунная подготовила бы речь и выдала ее, ожидая от оппонента тотального поражения, но что-то в повадках Алекса подсказывало ей – здесь этот номер не пройдет.
– Я могу уничтожить тебя, – процедила она сквозь плотно сжатые зубы, – Могу отправить в тюрьму или на каторжный труд, откуда ты уже не выйдешь никогда.
– Милая, прими «Женофарм», – равнодушно бросил он ей и демонстративно улегся на государственную кровать.
Именно оттуда, когда она попыталась разразиться гневными проклятьями, в нее сразу полетела подушка и другие предметы мебели. Кульминацией бешенства, до которого она его довела, стал выломанный с корнем плазменный телевизор последней модели, который с грохотом приземлился прямо возле ее туфель на плоской подошве.
Светлана в панике отскочила в сторону и бросив «ты еще пожалеешь» , пулей выскочила из комнаты.
– Вещи свои забери, шлюха! – донеслось ей вслед.
Женщину просто трясло от бешенства. Ей пришлось преодолеть несколько этажей, прежде чем она добралась до своего кабинета, стыдливо прикрывая одеждой голое тело. Оказавшись в просторном дорого обставленном помещении, Светлана наспех запаковалась в запасной костюм, висевший в одном из отделений зеркального шкафа, и незамедлительно выпила несколько капсул «Женофарм». Когда дыхание стало ровным, а сердце перестало выпрыгивать из груди, Лунная крепко задумалась. Ей были не знакомы ситуации подобно той, что произошла с ней час назад, и она засомневалась в правильности своих поступков.
Походив пару минут по кругу, в ее голове созрел план дальнейших действий. Во-первых, она снова включила видеорегистраторы и еще какое-то время наблюдала за тем, что происходит в комнате Александра, после того, как она ее покинула. Как и предполагалось, Алекс был абсолютно расслаблен, просто валялся на диване и что-то читал. Через время, он направился в душевую. Камеры были расположены и там. Лунная долго наблюдала за тем, как он намыливает себя шампунем, и насколько рельефно смотрятся его мышцы, поблескивающие от капель воды. Она вдруг захотела рискнуть и вернуться к Иному, возможно даже загладить свою вину хорошим минетом, хотя искренне не понимала, почему он так разозлился на нее и что такого, если двое разнополых представителей вида – займутся страстным сексом. В конце концов, мужчина для этого и предназначен. Для чего они еще нужны? Только для хорошего времяпровождения, не больше. Все остальное уже много веков вменяется в обязанности женщин.
Ее философские мысли прервала новая картинка на экране монитора. Это был плановый визит психолога из отдела Животнологии. Ангелина Плутонова вошла к Алексу в комнату, будучи странно одетой и какой-то перепуганной. Лунная сразу отметила нелепость всего происходящего. При виде нее, Александр заметно оживился. Более того, от Лунной не утаился тот факт, что эта серая мышь чем-то взволновала самца. Это было похоже на несанкционированные чувства. Именно то чувство, которое было запрещено законом – поскольку конкретный мужчина не имел права любить конкретную женщину. В этом был виноват факт многомиллионного населения планеты, так же остро нуждавшегося в мужском внимании.