– Ангелина, не будь букой, что с тобой происходит? – насупилась Вита.
– Все в порядке. Просто я так хочу, – твердо отрезала девушка, и не говоря больше ни слова, вышла из столовой.
Краем глаза она видела, как Лика прижала свою руку к ягодицам Александра и нежно их поглаживала. От этого зрелища у Ангелины начала кружиться голова.
– Это все потому, что она не принимает «Женофарм», – кивнула Глория, разливая виски по стеклянным бокалам, – Ну что, Иной, – обратилась она к Алексу, протягивая ему стакан с коричневой жидкостью, – Надеюсь, ты крепкий орешек, потому что мы планируем опустошить эту бутылку до дна.
– Я даже не знаю, – улыбнулся Алекс очаровательной улыбкой Чеширского кота, – Мне как-то раньше совсем не приходилось…
– Означает ли это, что ты в каком-то смысле девственник? – задумчиво изрекла Вита, со значением поглядывая на Александра.
– Означает ли это, что ты готова проверить это? – искушенным голосом поинтересовался тот и залпом осушил свой бокал.
Затем, они еще долго и неотрывно смотрели друг другу в глаза…
Ангелина не видела продолжения этого унизительного банкета. Она и даром не стала бы на нем присутствовать. Ее сердце жгло и болело, словно его только что испекли в большой жаровне. Молодую женщину просто лихорадило от мысли, какой же Алекс негодяй. Как много в нем деланного притворства и лжи. И как же сильно она ненавидит этого Иного. Слезы подступили к горлу, Ангелина еле сдержалась, чтобы не зареветь во весь голос.
Все. Решено.
Она заканчивает вести себя, как глупая дурочка и завтра же выбросит его из сердца. Более того, даже прибегнет к очень неприятной процедуре, искусственно избавит себя ото всех воспоминаний. На ее счету достаточно средств, чтобы сделать это. И надо обязательно отрезать себе грудь, а завтра выпить пол банки Женофарма. Она будет жить, как все, зато спокойно и счастливо. И никто не будет причинять ей боль. Теперь-то она понимала все таинство этой чертовой гормональной химии… Вот он, весь смысл бытия современной цивилизации. Это же просто Божий промысел… придумать такую пилюлю, от которой все беды и тревоги отступают. Ручьи слез высыхают, словно омертвлённые засухой реки, сердце сжимается до размеров улитки и перестает реагировать на боль, как будто обрастает тугим и шершавым панцирем…
Ангелина добралась до нужной комнаты и покрепче закрыла за собой дверь. Здесь все еще пахло Алексом, постель словно впитала в себя его дивный мужской аромат, заставляя ее и без того одурманенную голову, кружиться в бешеном ритме каруселей.
– И правда, Люцифер, – всхлипывая, пробормотала Ангелина.
Не стягивая с себя одежды, она рухнула на мягкую постель и беззвучно заплакала. Когда ее подушка порядком намокла, Ангелина перевернула ее и тут же провалилась в тяжелый беспокойный сон.
Эта женщина – настоящий неврастеник. Может и правда хорошо, что их пичкают этими таблетками? Они же совершенно невыносимы. Как у одного человека настроение может меняться сто тысяч раз в минуту? Как можно хотеть чего-то одного, а через секунду в корне поменять свою точку зрения. Так ли надежна эта самка, раз ведет себя столь невразумительно?
Алекс размышлял над тем, как ему поступить с Ангелиной, попеременно растягивая свой соблазнительный рот в улыбках адресованных пьяным возбужденным женщинам, сидевшим напротив него. Время неумолимо приближалось к двум часам ночи. Он уже добрый час методично накачивал трех подружек крепким спиртным и явственно намекал главной самке, что пора бы перейти к совокуплению. Но она отчего-то медлила, словно растягивала удовольствие. Его фальшивое обаяние уже порядком надоело ему самому, Алекс еле сдерживался, чтобы парой ударов не вырубить этих куриц и разом решить все проблемы. Однако внутренний голос подсказывал ему, что нужно подождать еще немного. Кто бы мог подумать, что у этих худосочных плоскогрудых гермафродиток стойкий иммунитет к сорокоградусным напиткам? Любой взрослый Иной на их месте уже давно бы валялся в отключке. Он и сам уже еле стоял на ногах, а этим хоть бы хны.
– А не пора ли нам бай-бай? – томно пробормотал он, тщательно вглядываясь в зеленые глаза Виталины. Мол, давай уже, просыпайся, пора динь-динь.
– А давайте ляжем все вместе, – плотоядно улыбнулась Виталина, посылая Алексу заранее припасенную порцию космических флюидов.
– Как это вместе? – на секунду растерялся Иной. Групповой секс как-то не входил в его планы.
– Ну, мы же подруги. Нам нечего делить, – страстно прошептала Виталина, – Пойдемте и сделаем это вместе.
– О, это так щедро с твоей стороны, – пьяно икнула Глория, а Лика смахнула со своей щеки невидимую слезинку.