Третья часть
III. I.
"Вера – вот и вся его вина!"
– Я понимаю вашу просьбу, но клянусь, даже не представляю, как ее выполнить, – Витценко промокнул вспотевший лоб платком.
– Павел Георгиевич, вы являетесь ректором института. Вы принимаете окончательное решение по зачислению на бесплатные места. Вы располагаете бюджетом вашего заведения. Я прав?
– Да, но господин…
– Не надо имен. Раз я прав, то скажите мне, что мешает вам выполнить мою просьбу?
– Я даже не представляю, как это оформить!
– В бумагах? Да хоть как пожертвование от пожелавшего остаться неизвестным мецената, это неважно. Главное, что вы поняли свою задачу, и размер причитающегося вам вознаграждения.
– Конечно, конечно, я все сделаю так, как вы сказали, но если у меня возникнут проблемы…
– То я увеличу ваше вознаграждение. Вы меня поняли?
– Да.
– В таком случае, прощаюсь. Деньги будут перечислены на указанный вами счет в течение часа с момента выполнения вашей части обязательств.
– Хорошо.
– И вот что еще. Как вы понимаете, я очень не хочу афишировать свое участие в судьбе этого юноши, потому никогда не упоминайте при мне об этом, за исключением случаев, когда я сам начну разговор.
– Да-да, конечно.
– До встречи, Павел Георгиевич.
Собеседник отключился первым. Ректор около минуты невидяще смотрел на мобил в руке, потом шумно выдохнул и вновь промокнул лоб.
На столе лежал чистый лист бумаги, в верхнем левом углу которого торопливой рукой были набросаны имя и фамилия абитуриента, который должен был стать студентом факультета психологии бесплатно, вне зависимости от того, каков будет его результат.
– Кто же ты такой, Олег Черканов, что за тебя просят такие люди? – задумчиво пробормотал Витценко. Сел за стол, включил комп, и открыл базу данных абитуриентов.
Черканов Олег Алексеевич, две тысячи пятьдесят второго года рождения, родителей и иных родственников не имеет, прописан на Ольгинской Улице, дом сорок девять, комната семь. К уголовной или административной ответственности не привлекался, на психиатрическом и наркотическом учетах не состоит. Начального образования не получал, экзамены сдавал на платной основе. По результатам сданных экзаменов – обществознание, иностранные языки, тестирование по точным наукам, теория общей психологии – набрал пятьдесят семь баллов, поделив первое место со Станиславом Ветровским. Завтра у "психологов" последний экзамен, защита доклада на свободную тему в рамках профиля, на нем-то и определится победитель, чей приз – единственное на факультете бесплатное место.
– А если Черканов победит сам, то мне не придется прикладывать никаких усилий – пробормотал ректор себе под нос. – Да, пожалуй, я так и сделаю.
Стас недоуменно крутил в пальцах вырванный из блокнота листок. Как обычно, он пришел на экзамен за полчаса до его начала, чтобы повторить материал непосредственно перед сдачей. Но, похоже, в этот раз подготовиться тщательнее ему было не суждено – как только юноша уселся на край широкого подоконника и открыл сумку, на пол порхнул вышеупомянутый блокнотный листок, на котором карандашом были выведены две строчки: "Стас, пожалуйста, мне очень надо с тобой поговорить, это важно! Я жду тебя на дальней аллее парка. Прошу, приходи!". Вместо подписи на странной записке значились только инициалы Е. М. Елена Мальская?
Мальская поступала вместе с ним, но шла на платное. Это была стройная миловидная блондиночка с умными светло-карими глазами, расчетливая и хладнокровная. Она почти с самого начала положила глаз на красавца-Ветровского, а уж когда он показал такие блестящие результаты на экзаменах…
– И зачем я понадобился Лене перед сдачей доклада? – пробормотал Стас себе под нос, автоматически провожая взглядом прошедшего по коридору Олега. Черканов даже не посмотрел в сторону заклятого врага, отметив его существование лишь тенью презрительной усмешки, мелькнувшей по тонким губам.
Решив не гадать, юноша спрыгнул с подоконника, застегнул сумку, и направился к аллее. Может, конечно, записку прислала и не Мальская, но кто тогда?
На месте встречи никого не было. Повертев головой и не заметив чьего-либо присутствия, Стас уселся на скамейку и достал свой доклад – в конце концов, это место ничуть не хуже институтских коридоров, да и тише здесь.