А Мунакра заговорил насмешливо-издевательски:
— Ба-а-а! Баронесса Хастифер! А ты какими судьбами здесь, предательница?
— Это кого же я предала? — неподдельно удивилась Сарисса, — Я с детства мечтала сражаться с Прядью, а не помогать ей. Ты, герцог Арканум, или Мунакра, как тебе удобнее, не вали с больной головы на здоровую.
— Это всё демагогия, — отмахнулся Мунакра и посмотрел пристально на Рекса: — Найтон, не желаешь поговорить? Или нам просто вас уничтожить?
— Ну, если бы были уверены, что сможете уничтожить — давно бы это сделали, — спокойно улыбнулся Рекс, — Но я предполагаю, что даже ваш хозяин этого сделать не может, потому и подослал своих слуг.
— Ты зря стараешься нас разозлить, Найтон, — мерзко улыбнулся Мирддин, — И ты знаешь, что мы не слуги.
— Ну да, вы хуже, — сплюнул себе под ноги Торвус, — Продавшиеся сами в рабство сервы!
— Погоди, Тор, — поднял руку Рекс, — Господа хотят поговорить, пойдём им навстречу!
— Разумно, — скривился Мунакра. Он всё время держался за спиной Мирддина и посматривал из-за его плеча. Так более мелкий, но нахрапистый хулиган провоцирует жертву, оставаясь под защитой более сильного мордоворота. А Мирддин кивнул и сказал:
— Если вы повернёте, то мы способны будем отправить вас в свой мир. И Прядь больше никогда не придёт в Пекатум, — маг вновь обнажил зубы-иголки: — Во вселенной хватает миров, чтобы не заострять внимание на одном, не самом богатом.
— Мы эти сказки слышали много веков, — дёрнул плечом Лет Алис, — Прядь уйдёт, её не будет. И всегда это оказывалось ложью.
— Ну, наш хозяин считает, что договариваться можно только с равным. А слабым давать любые обещания. Теперь вы доказали, что равные, — проговорил Мирддин.
— И такое тоже слышали, — хмыкнул Баблер, — И теперь понимаем, что с вашим хозяином дело можно иметь, только если он мёртв.
— Вы даже нас не пройдёте, — покачал головой маг, — А уж против хозяина и секунды не выстоите. Ты же, Найтон, должен понимать, что создавший такое могуществом превосходит богов?
— Я долго думал, — пожал плечами Рекс, — И понял, что не ваш хозяин создал Прядь. Скорее всего, случайно наткнулся во время эксперимента или ещё чего-то. Потому как будь он способен действительно такое создать — ни нас ни Пекатума давным-давно не было бы. Но вместо того, чтобы покарать несогласных он многие века врал, подличал, слал нечисть из разных миров. Действовал, как поздаборная сявка.
— Если ты оскорбишь Ренове — он никогда тебя уже не простит, — вновь ощерился Мирддин.
— Что ты зубёшки скалишь? — рассердился вдруг Торвус, — Стоит, скалится, падаль гнилая! Я тебе сейчас башку отрублю, и посмотрю, как ты без неё скалиться будешь!
— Вы сами выбрали свою судьбу, — прошипел Мунакра и ударил магией. Между колонн засвистело, завихрилось всё, и в нашу сторону метнулась тьма…
Глава 14
Я выставил Каладболг и активировал магию, вскинулись Торвус и Баблер с Летом, лишь Рекс остался невозмутимым. И я понял — почему. Сзади нас зародился и моментально выплеснулся настоящий огненный шквал! Он рванул навстречу двум изменённым магам-ренегатам, смёл тьму, которую они выплюнули и смял, испепелил Мирддина и Мунакру. А в центре шквала была… Сарисса. Злая, разгневанная и донельзя прекрасная в своём гневе. Она, будто сама удивлённая огненным смерчем, который выплеснула с такой лёгкостью, встряхнула легко руками и проговорила, будто стесняясь:
— Извините, мальчики…
— … .,….!…!!….!!! — с чувством ответил Баблер.
— … ………………!!! — произнёс не менее впечатлённый Торвус.
— … ….,….!…!!….!!! — сказал Жнец и галантно поклонился.
— Ты знал? — спросил я улыбающегося Рекса, и тот кивнул. А потом сказал:
— Видишь ли, Ино Равнодушный. Сила Сариссы Хастифер сравни силе королевы Морриган. Своей мощью, стихийностью и прочими составляющими. А сейчас мы находимся примерно в таком же месте, где Морриган и другие великие волшебники древности построили свои мирки. И я подозреваю, что они тоже не создавали их, а наткнулись случайно, и каждый уже подстроил под себя ту часть вселенной, которая досталась именно ему. Вернее, часть эта подстроилась под хозяина или хозяйку…
— Как этот коридор стал подстраиваться под нас, — прошептал я.
— Совершенно верно, Ино, — Рекс всё так же грустно улыбался, — И, по сути, те, кого мы почитали богами, такие же нахлебники, как Ренове, сумевший попасть в то, что он назвал Прядью.
— И кто же тогда сделал это всё? — резонно спросил Баблер, — И каково могущество этого мага?