Массивные деревянные ворота были шагах в ста, когда я скрестил наручи и ударил пламенем в самый центр, вспоминая, что совсем недавно так же точно штурмовали крепость молодого Моголо, болтающегося сейчас на дереве. И тогда Змей шёл слева от меня, а Акумо — справа. Я заорал, когда створки, обугленные, дымящиеся, влетели внутрь крепости. Выхватил, наконец, Каладболг. И широко пошагал к дымящемуся пролому. И тут мне навстречу выскочил Змей и, встав на колени, раскинул руки:
— Милорд, это была проверка, простите нас!
Я резко остановился, и понял, что всё это время почти не дышал. И задышал сильно, глубоко, проталкивая воздух в свои лёгкие. И проговорил скрипуче, чувствуя, как охрип внезапно от нахлынувшего:
— И кто придумал её?
Из проёма шагнули трое — в красных балахонах и с непокрытыми головами: Примус, Секундус, Тертиус. И все трое встали на одно колено, преклонив головы. Заговорил тот, что в центре — сухощавый, немолодой уже мужчина с крупными чертами лица:
— Мы придумали, милорд. Винимся в этом, но прощения не просим. Слишком удивительны и необычны оказались слова нашего воспитанника. А мы слишком хорошо знаем коварство Пряди.
Я глянул на Чучело, клубящегося слева от меня, и проговорил тускло:
— Прими привычный облик, мой келпи.
И Чучело преобразился вновь, став обычным меридинским жеребцом. А Глупыш, даже не дожидаясь приказа, проявился вдруг, опустил шерсть на загривке и посмотрел на меня, ожидая распоряжений. Вместо этого я просто погладил его и проговорил, обращаясь к ответившему:
— Представься!
— Примус, милорд Ино! Один из трёх руководителей вашей школы.
Я перевёл взгляд на левого — огромного мужчину с чёрной бородой и кустистыми бровями. Тот чем-то напоминал могучестью северных варваров, но был смолисто чёрен, а не рыж. Увидев мой взгляд, он тут же ответил:
Я — Секундус, милорд Ино!
Третий — как раз рыжий, но мелкий, при этом крепкий и стремительный в движениях, ответил, не дожидаясь моего взгляда:
— Я Тертиус, милорд Ино!
Я вкинул в ножны Каладболг и посмотрел назад, где лежали два тела совсем ещё молодых убийц магов.
— Мы скорбим об их смерти, милорд, — вновь заговорил Примус, — Но каждый из нас сделал бы тоже самое, и так же выполнил бы приказ. Ибо мы чтим ваш устав и ваши заветы.
Я выдохнул. И проговорил, стараясь, чтобы мой голос звучал максимально бесстрастно:
— Похороните со всеми почестями. И нужно многое обсудить!
— Слушаемся, милорд, — вскочил на ноги Примус. За ним следом вскочили и двое остальных. Примус сказал Змею:
— Уильям, проводи милорда в его покои! И покажи его кабинет, и уже обращаясь ко мне: — Мы придём, как только призовёт Ино Равнодушный!
— Тогда сразу идём вместе, — решил я, и уже по пути спросил:
— Змей объяснил про Мунакру?
— Так точно, милорд, — ответил Примус, но кивнули директоры втроём, синхронно. И я проговорил, втайне надеясь на положительный ответ:
— Кто-то видел его лично?
Глава 10
Снова Новасурб
В Новасурб мы въезжали небольшим отрядом — сразу четыре пятёрки убийц магов ехали вместе со мной. Бесстрастные, с максимально равнодушными лицами бойцы производили довольно сильное впечатление. Одетые в плащи, все — вооружены клинками и арбалетами. А к сёдлам приторочены небольшие треугольные щиты с крестами. Такими щитами пользовался мой народ, много-много лет назад. При необходимости такой щит становился ещё и отменным оружием, превращая нижний, острый угол в колющий элемент. И даже если меч сломался, либо застрял в туловище врага, всегда можно было ударить тяжёлым щитом.
Стражники на воротах, увидев мои баронские цепь и перстень, молча поклонились, пропуская в город. Но, мне кажется, даже если бы я не был бароном, вряд ли они стали бы останавливать и досматривать столь внушительный, хотя и не сильно многочисленный отряд. Кстати, пробыв неделю в Школе, я убедился, что со времени моего отсутствия техника подготовки, как и тактика, не только не ухудшились, но наоборот, достаточно совершенствовались. Убийцы магов действовали пятёрками. Трое выполняли штурмовые функции, а двое были поддержкой. Как правило — с тяжёлыми арбалетами, пробивающими даже самый крепкий доспех. Это нам должно было пригодиться в Новасурбе, так как все ниточки вновь вели сюда. И я уже связался с герцогом Арканумом, который ждал нас возле ворот.