Я немного поразмышлял, воспользоваться ли этим приглашением, и решил, а почему бы и нет? И сказал максимально откровенно:
— Мы с Баблером здесь по поручению Рекса. Должны кое-что найти. Но что искать, пока и сами не знаем. Какой-то артефакт в Башне.
Король погрузился в молчание, и молчал, пока не пришёл Баблер. И только потом заговорил весело и серьёзно:
— Со мной десяток магов — лучшие в королевстве. Быть может, они помогут в поисках?
Мы с Баблером переглянулись и синхронно покачали головами, а я объяснил причину нашего отказа:
— Если бы артефакт можно было найти с помощью магии — его давно бы обнаружили. Все маги континента тысячи раз изучали Башню и Часы, чтобы понять тайну происхождения, и чтобы просто понять, как это могли построить.
Естественно, я не стал говорить королю о том, что упоминание об артефакте мы нашли в дневниках Мирддина — одного из самых могущественных магов прошлого. И что, по его мнению, именно этот артефакт призвал тварей Пряди в наш мир. Единственное, чего не знал могущественный волшебник — кто стоит за всем этим. Впрочем, даже если бы Мирддин и узнал секрет, то, скорее, постарался бы встретиться с магом, сделавшим артефакт, чисто из научного интереса. Мирддин был бездушным сукиным сыном, которого интересовала одна только магия, как символ могущества и безграничной власти. Наверное, именно потому у него даже семьи никогда не было. Хотя, признаться, ходили слухи, что есть у него внебрачный сын — не менее могущественный волшебник, чем сам Мирддин. Правда, за много веков пресловутый сын этот так нигде и не выплыл, потому вполне может быть, что все эти рассказы оказались настоящими сплетнями охочих до домыслов обывателей.
Впрочем, королю это всё и не нужно знать. Той информации, что мы ему сообщили –вполне достаточно для полноценной помощи. Его величество ещё немного поразмышлял и произнёс решительно:
— Тогда я завтра же прикажу оцепить Башню, чтобы никто не мешал вам в поисках! И мои гвардейцы будут стоять столько, сколько нужно!
— А вот за это спасибо, ваше величество, — искренне обрадовался Баблер, а я, соглашаясь с ним, кивнул головой и поднял кубок за короля Репелена. Без зевак и праздношатающихся туристов дело пойдёт в разы быстрее, и там, где мы бы потратили недели — можем справиться за пару-тройку дней.
Глава 15
В поисках артефакта
Вблизи восьмиугольная Башня выглядела ещё более внушительно, чем издалека. Огромная, массивная, сделанная из могучих блоков — она, казалось, дышала невероятной энергией и непоколебимым спокойствием. Резная дверь отсекла нас от внешнего мира и погрузила в мир каменных лестниц, огромных механизмов и запаха тайн. Баблер с интересом принялся осматривать две винтовые лестницы, спиралью вдоль стен уходящие наверх. Обе эти лестницы тянулись вдоль башни, трижды опоясывая её по кругу — на каждом из трёх этажей. И если первый этаж был пустым, то вот на втором и третьем уже стояли те самые металлические запчасти, создающие сложную структуру часов.
Мы обошли первый этаж, но так ничего и не нашли: ни в каменном полу, ни в кладках стен, хотя простукали и прощупали каждый сантиметр. Только к обеду мы поднялись по лестницам на второй этаж, где утомлённо присели, и Линг проговорил угрюмо, глядя на сотни шестерёнок, рычагов, балок и противовесов:
— Надо думать, Ино!
— Надо, — согласился я, посматривая на нагромождение часовых элементов.
— Что там Мирддин пишет об артефакте? Неужели никакого намёка на то, как он должен выглядеть?
Я достал листы, где дословно переписал все мысли мага на этот счёт, и принялся читать вслух в тысячный раз:
«Совершенно понятно, что Разлом, называемый тварями Прядью, не мог просто так появиться в нашем мире. Кто-то позвал сюда всех этих иномирцев с помощью артефакта-маяка. От этого я и отталкивался в своих исследованиях. И нашёл колебания поля, узкие, целенаправленные, исходящие из Башни с часами в заштатном городке Клаусум. Однако, возмущения магического поля внутри самой башни не позволили определить точное местоположение маяка. Но сделавший это без сомнения был настоящим гением».
Баблер сплюнул и проговорил:
— Мирддин был сумасшедшим! Называть гением тварь, которая призвала сюда нечисть, чтобы уничтожить мир…
— Любой учёный сумасшедший, — философски заметил я, — А Мирддин был учёным настоящим, сам знаешь.
— Как же, — пробурчал Баблер, — До сих пор помню, как он меня уговаривал дать себя убить. А он бы на меня надел кучу всяких обручей и колец, чтобы определить, как же и куда же я отправляюсь после смерти, и что вообще происходит. Отбитый сукин сын!