— Остался вопрос — что же мне с вами делать? Наши мирки создались одновременно, но они настолько разные, что, как правило, вовсе не пересекаются. Однако вы, пятеро балбесов, каким-то образом сумели попасть из одного в другой, а потом и в третий. Да ещё и прошли через Эсс Руад, который мы создали для уничтожения бессмертных душ, а не для того, чтобы всякие обормоты шастали по крематорию, как по бульвару!
Найтон спокойно стоял перед королевой и смотрел на неё, но молчал. А Морриган заскользила взглядом по нашим лицам и спросила:
— Найтон, а твои приятели знают, богиней чего меня величают в вашем мире?
— Миледи Морриган у нас почитается, как богиня смерти, — тут же тихо сказал Рекс, чуть повернув набок голову.
— А кто тут пел про Смерть и предлагал ей оральные утехи? — хищно улыбнулась королева, и я содрогнулся, увидев у неё во рту острые клыки. Торвус тоже вздрогнул, но, несмотря на это, шагнул вперёд и проговорил хрипло, но упрямо:
— Это был я, ваше величество.
— Ты пойдёшь со мной, Торвус Хом, — королева встала с трона, величественная и прекрасная в антрацитово-чёрном платье, в котором заблудилась ночь.
Найтон тут же шагнул вперёд и проговорил срывающимся голосом:
— Миледи, вначале вам придётся убить меня! Эти люди присягнули мне на верность, а я поклялся защищать их.
— Кто говорит о смерти? — подняла вверх брови королева, и захохотала вновь: — Если я захочу убить вас, то убью всех разом. А пока Торвус Хом пойдёт со мной, чтобы доказать, что он смел не только на язык…
Глава 6
Обед с вопросами
В обеденном зале зáмка королевы Морриган тоже всё было в красных тонах: терракотовый стол, коралловые стулья, пышные, бордовые занавеси на окнах и… пунцовый Торвус, вернувшийся вместе с королевой и скромно севший на стул. Пока Морриган не вышла к нам, а какие-то мохнатые слуги расставляли розовую посуду с кушаньями, слава Богу, не розовыми, Баблер похабно улыбнулся и спросил Хома:
— Ну что, сделала, что в частушке пел?
Торвус не успел рта открыть, как в кресле, во главе обеденного стола возникла королева и проговорила хищно и томно:
— Ты точно хочешь узнать, Баблер Линг?
Баблер поперхнулся и сделался цветом одинаковым с Торвусом. А теперь уже захохотал Найтон. Морриган благосклонно сказала Рексу:
— У вас сложилась хорошая дружина, вождь, — и взмахнула рукой, предлагая начать трапезу. Странно, всё это время что мы были здесь — есть не хотелось вовсе. Но только королева махнула рукой, и меня пронзило острое чувство голода. Я принялся за еду, искоса поглядывая на Морриган, восседающую в чёрном платье. Ели все, кроме неё и Найтона. Тот, взяв в руки бокал с вином — красным, разумеется, спросил учтиво:
— Позволите ли вы задать несколько вопросов, миледи?
— Любых, — кивнула королева, — Если только они не касаются возраста.
Найтон понятливо прикрыл глаза и спросил:
— Почему здесь всё красное?
— Моя прихоть, — лениво ответила Морриган, — Всегда любила красный цвет. И когда наши миры, вернее, мирки, образовывались — подумала — почему бы и нет?
— А как они образовывались? — тут же спросил Рекс.
— Меня больше интересовал вопрос — где, — улыбнулась королева, — Но я не смогу ответить ни на первый вопрос, ни на второй. Сам процесс начался помимо нашей воли, быть может потому, что часть из нас стала слишком могущественная и не могла уже вмещаться и сосуществовать в одном мире.
Королева тоже взяла бокал с вином, пригубила напиток и улыбнулась Торвусу, отчего тот поперхнулся и мучительно закашлялся. Лет тут же начал хлопать его огромной ручищей по спине с такой силой, что по обеденному залу гул пошёл, будто сваю вбивают. А Морриган повернулась к Найтону и проговорила более серьёзно:
— Но сейчас вопрос в другом — наши миры никогда не сообщались, а ваша пятёрка пропутешествовала из одного в другой, а потом в третий, будто из комнаты в комнату переходили. Да не просто пропутешествовали, а ещё и натоптали, наследили, — королева засмеялась тихо и спросила: — Вы за что Харона избили?
— Это какой из них Харон? — с набитым ртом проворчал Лет. Морриган чуть прищурилась:
— Старик возле речки. С лодкой. Аид до сих пор в ярости!
— Так он сам виноват! — Торвус перестал, наконец, кашлять, — Лодку отказался давать, да ещё и денег требовал! Попросил бы по-хорошему — может, и дали бы. Но мы не троглодиты какие-нибудь, чтобы насильно у нас забрать можно было!
— Торри, ты такой милый, когда кушаешь, — вновь подмигнула ему королева, и варвар вновь закашлялся, отводя глаза. Но когда Лет хотел постучать его по спине — сунул огроменный кулак под нос Алису и засопел сердито.