— Мы можем отсюда выйти? — внезапно спросил Рекс у Морриган.
— Это вам решать, — насмешливо ответила королева, и пояснила: — Мы даже не знаем, как вы сюда попали. Хотя, Афина считает, что куплеты вашего друга, которые вы подхватили, стали своего рода речевым заклинанием, затронувшим какую-то сложную схему. Оттого вы и смогли перемещаться из мира в мир, нарушив все наши законы.
Королева подумала немного и проговорила:
— Хотя, законов как таковых и нет. Есть наши прихоти и желания.
— А почему нас не хотели пускать ваши слуги? — спросил Лет.
— Потому что слабые мне не интересны, — пожала плечами королева, — Да и развлечений тут мало. А так я с удовольствием наблюдала за вашими передвижениями.
Рекс допил вино и спросил мягко:
— У вас нет предположения, каким образом нам выйти?
Морриган посмотрела на него и усмехнулась:
— Тебе ли с твоими силами и знаниями спрашивать совет у меня, Рекс Найтон?
— Я не знаю ответа, — спокойно ответил наш предводитель и развёл руками.
— Ты найдёшь его, — успокоила Морриган. И проговорила: — Больше вопросов нет?
— Тысячи, ваше величество, — к моему удивлению, в разговор встрял Баблер, — А почему у вас нет служанок? И фрейлин?
Морриган посмотрела на моего приятеля удивлённо вначале, а после засмеялась. Вытерла слезинку и проговорила:
— Невероятная пятёрка! Каждый скрывает себя как может, и для этого лезут на глаза! — королева вместо ответа вдруг сама спросила Баблера: — Неужели так сильно надоела тебе слава, Баблер Линг?
Приятель мой заёрзал на скамье, а мы удивлённо на него посмотрели. Не выглядел наш попутчик сильно знаменитым или известным — одет просто, как обычный воин. А по повадкам так и вовсе — шантрапа. Баблер справился со смущением и ответил с вызовом:
— Я не просил её, королева!
— И не хотел, — кивнула Морриган, а затем повернулась ко мне:
— А ты, Ино? Единственный из равнодушных, впитавший в себя эмоции огня. Как ты умещаешь в себе лёд и пламя?
Я откинулся на спинку скамьи и немного подумал, прежде чем ответить максимально бесстрастно и честно:
— Миледи, с помощью огня и льда выковывается лучшая в мире сталь.
— Браво! — королева захлопала в ладоши и повернулась к Торвусу:
— Торри, видишь — некоторые, в отличие от тебя, умеют работать языком!
И вновь варвар мучительно закашлял, отводя глаза и одновременно протягивая кулак к носу Лета, вновь вознамерившегося постучать по спине Хома. Найтон вновь засмеялся, и спросил:
— Королева, а сколько таких вот миров?
— Ты сможешь посчитать их сам, Найтон Рекс, — Морриган пошевелила пальчиком, и кувшин с вином поднялся над столом, подлетел к её бокалу, наклонился и сам налил вина. А королева отпила глоток и продолжила: — Если захочешь, конечно. Как по мне, так это совсем не интересное занятие.
Рекс кивнул, соглашаясь с Морриган и проговорил:
— Всё началось с воды, водой и должно закончиться?
— Я говорила тебе, что ты найдёшь выход, Рекс, — королева поднялась и хлопнула в ладоши: — Спасибо за то, что развлекли меня. Но в гости вас не приглашаю — слишком наследили! Да и некоторых слуг мне придётся долго теперь восстанавливать!
Морриган задумчиво посмотрела на варвара и сказала:
— Кроме Торвуса. Тебе, малыш, я буду всегда рада! — захохотала и исчезла. Прямо на глазах у вновь закашлявшего Хома. А Найтон поднялся и проговорил:
— Ну что, друзья, пора и нам! И когда окажемся в нашем мире, предлагаю встретиться в одном месте, чтобы всё обсудить! Потому как полагаю, выкинет нас в разных местах…
Глава 7
История Баблера
Уже в Ареале — столице королевства Крок мы услышали, что в халифате Эрат вспыхнула гражданская война, и Баблер, потягивая сидр, уважительно говорил:
— Голова у тебя, конечно, варит, друг мой. Мне бы такого советника в те времена… — Баблер осёкся, а я усмехнулся и спросил понимающе:
— Когда из тебя статую делали?
Друг мой глянул остро, залпом осушил кружку и буркнул:
— Много ты понимаешь!
— Да уж понимаю, — назавтра мы собирались выезжать к Рексу, а сегодняшний вечер решили посвятить отдыху. И Баблер в кои веки не по бабам пошёл, а решил просто посидеть и выпить. Я оказался не против, и мы допивали уже четвёртый или пятый кувшин сидра.
— Те времена, и та статуя, — Баблер замолчал на мгновение, и заговорил яростно: — Просто похожа на меня, понимаешь?
— Конечно, — кивнул я, — Там статуя царя Омилитикоса. А ты Баблер. Так ведь?
Баблер глянул на меня изумлённо, и даже не пытался скрыть своё изумление. Проговорил медленно, будто трезвея:
— А откуда ты знаешь?
— Да слухи всякие, легенды, — максимально небрежно отмахнулся я.