- Варя – инопланетянка, - донесся до Антона голос брата.
- Чего-чего? – Антону показалось, что он не расслышал.
И стал ему тут Кирюха гнать какую-то пургу про галактику Незабудки, про командировку этой Вари, про то, что ей негде жить…
- Короче! – минуты через две рявкнул Антон. – Ты хочешь, чтобы она жила у нас?
- Ага, - ухмыльнулся Кирилл. Нет, ну не наглый ли пацан?
Антон ещё раз взглянул на эту Варю. В голубых глазищах застыло что-то странное. Может, и правда инопланетянка?.. Да ну, бред.
- Да живи, - хмыкнул Антон и впустил их в квартиру. А почему бы и нет? Красть-то нечего, Ленка всё забрала. Разве что эта глазастая на старых телевизорах специализируется или древних магнитофонах. Может, увидит сейчас, как они живут, и сама упрётся – ловить рыбку покрупнее.
Да даже если стырит что-нибудь – невелика потеря.
Антон уже собирался уходить на кухню, чтобы готовить обед, как вдруг кое-что вспомнил. Остановился, окликнул Варю:
- Эй, ты!..
Обернулась. Надо же. Инопланетянка, а по-русски понимает.
- Ты на работу ходишь вообще?
- Нет, - качнула головой. – Кирюшка же тебе всё объяснил. У меня миссия.
- Ага. Ясно. Тогда, раз тебе не надо на работу, посидишь с Кирюхой? Я-то работаю. Ухожу в восемь, прихожу в семь. Жрать, кстати, дома нечего. Инопланетяне готовить умеют? Если умеют, сваргань что-нибудь завтра, лады? Сегодня я сам как-нибудь.
А она – хлоп глазищами. Ужас, какие большие.
- Приготовлю. Пожелания есть какие-нибудь?
- Не-а. Всё сожрем.
- Отлично. А где я буду спать?
- Ага, инопланетяне ещё и спят?.. Раскладушка в Кирюхиной комнате тебя устроит?
- Вполне.
Антон хмыкнул и удалился на кухню. Инопланетянка… Надо же такое придумать!
***
Мальчишка, размахивая руками, показывает мне всё, что есть у него в комнате. Она небольшая, и сюда едва влезает предложенная Антоном раскладушка. Сам он в это время гремит чем-то на кухне, да так сильно, словно не готовить собирается, а на кастрюлях мелодию разучивать.
Удивительно, но в Кирюшкиной комнате нет компьютера. А я-то думала, что современные дети жить без него не могут…
Говорю об этом мальчику. Он мнётся.
- Понимаешь, был компьютер. Лена увезла.
- Лена? Кто это?
- Жена Тоньки. Наверное, уже бывшая. Вряд ли она вернется. Ну и хорошо! Мне она не нравилась. Они всего год вместе жили. Неделю назад Лена ушла. Оставила письмо, в котором обвиняла Тоньку в чрезмерной любви ко мне.
- Вот с… - В последний момент сдерживаю ругательство. Вовремя вспоминаю, что я инопланетянка.
- Ага, - вздыхает Кирюшка, не заметив моей оплошности. – Но самое ужасное, что она почти права. С тех пор как умерли мама и папа, Тонька от меня не отходит. Считает, что должен обо мне заботиться. Мне кажется, ему даже хуже, чем было мне после смерти мамы и папы. Я это пережил, а Тонька – нет, - с недетской серьёзностью говорит Кирилл. – Он до сих пор переживает. Понимаешь?
Я киваю.
- Слушай! – вдруг подпрыгивает на постели Кирюшка. – Мне только сейчас пришло в голову – а ведь мама и папа, наверное, тоже сейчас живут в твоей галактике Незабудки! Как думаешь?
- Скорее всего, - отвечаю я. – Туда попадают все хорошие люди.
- А… - Кирюшка замялся. – Ты не встречала там моих родителей?
Я улыбаюсь.
- Может быть. Я встречала много людей. Расскажи мне о своих родителях, и даже если я их не знаю, то когда я вернусь, непременно найду их и передам от тебя привет.
Кирилл расцветает.
- Здорово. Обещаешь?
- Конечно.
Мы садимся на пол, скрестив ноги по-турецки. Кирюшка повторяет пальчиком узор на ковре. Я не тороплю его с рассказом, пусть подумает. О людях, которых ты любишь, всегда сложно рассказывать.
- А я и не знаю, что сказать, - наконец шепчет Кирилл. – Они были просто здоровские. И всё. Я очень их любил.