– И многие попадают под эту норму?- Живо заинтересовался Том.
– Более 70%…- После недолгой паузы ответила Лин.
– А остальные?
– Живут как-то… В принципе, система построена так, чтобы никто не умер с голоду…
– Каким образом?
– А гибкое кредитование… мелкий текущий кредит в размере минимальных затрат на питание предоставляется автоматически, и, если его размер в текущем году не превышает среднегодового дохода, то это вообще никого не интересует.
– А если превышает?
– Тогда система обратит внимание финансистов на это явление. Обычно они либо не обращают внимания на первое предупреждение, либо, если им сейчас как раз нечего делать, могут поинтересоваться, что происходит и не нужна ли какая-то помощь. Если ситуация повторится на следующий год – тогда поинтересуются обязательно.
– И он начнёт им рассказывать о своей тяжёлой жизни,- высказал предположение я.
– Да нет… Его пока никто и спрашивать-то не будет… Они просто просмотрят все его текущие дела, все связи, попытаются определить, что явилось причиной его неплатёжеспособности… Если разберутся и увидят, что просто обстоятельства были против него – подыщут работу из тех, за которую ему уже кто-либо когда-то платил… Они ведь заинтересованы, чтобы он вернул деньги…
– И проценты,- язвительно добавил Том.
– Разумеется,- улыбнулась Лин.- Я ведь говорила, что система управления не может рассчитывать на порядочность людей – она должна исходить из увязки их интересов… В данном случае в интересах финансовых кругов поддерживать стабильность в обществе, избегая банкротств, не плодя нищих; не только не провоцируя конфликтов – но и гася те, которые возникают по независящим от них причинам… Поэтому и кредитуют понемногу 'на питание', некоторых – даже пожизненно…
– Почему?- Поинтересовался я.
– Ну, например, если есть неплохой художник, картины которого никто не покупает – не вписываются они в интерьер… А творчество его интересно, маранием не назовёшь… Они потихоньку и вешают ему в системе разрешение на пожизненный кредит, в размере, позволяющем ему не только не голодать, но и одеваться, и покупать то, что нужно для работы… Если попадётся кто-то, кто займётся изданием и распространением его работ – кредит вернётся быстро… Бывает, правда, и так, что при жизни такой благодетель не сыщется – так в системе и остаётся должок… на столетия… Зато потом – с каждого издания будет возвращаться сторицей… Так что,- ухмыльнулась Лин,- непризнанные гении у нас голодной смертью не умирают…
– И ситуации, когда через день после похорон начинаются активнейшие публикации, которых человек не мог добиться при жизни, тоже маловероятны, согласись…- добавил Джерри.
– Да… у нас как раз это модно – не успела земля на могиле подсохнуть, как на публикациях о нём заработали больше, чем он – за всю жизнь на публикациях своих работ…- грустно подытожила вошедшая тем временем Вероника.- Ладно, ребята, пошли завтракать, а то уже и обедать пора…
Рассевшись за столом, мы принялись уплетать зажаренную целиком индейку с молодой картошкой. Надо сказать, что в этом деле мы достигли немалых успехов, и пробравшийся на кухню хозяйский пудель вскоре уже перестал реагировать на попадавшие время от времени в его тарелку недообглоданные останки важной птицы.
– Кстати, а если художник и жил при деньгах, и умер не нищим – как распорядятся его авторским вознаграждением после его смерти?
– Лицевые счета аннулировать не принято.- Пожала плечами Линда.- Разве что – если несколько столетий по нему не будет никаких изменений, или – если по завещанию все средства поступают на счёт другого лица… Обычно же авторские деньги продолжают поступать туда, как ни в чем не бывало – либо на старый счёт, либо на тот, куда ушли все средства по завещанию.
– Ну, а если они поступают на старый счёт, то они там что – будут лежать вечно?- Поинтересовалась Вероника.